К себе настоящей

Я как-то сразу понимаю боль и проблемы других и, если что-то зависит от меня, обязательно это делаю.

Посоветовавшись с мужем, мы прописали Раю и Игната у нас в квартире на Большой Бронной. Николай порекомендовал Иг- ната своему другу, тот взял его консультантом в Военный уни- верситет. А я предложила нашей директрисе Розе Ильиничне взять Раю учителем биологии.

И действительно, характер Раи добавил особую изюминку нашему коллективу. Не проходило и дня, чтобы в учительской не раздавался смех. Раины анекдоты об учительской жизни за- поминались, ходили из уст в уста, приободряя нашу атмосферу слегка колючими искорками юмора.

Елена Горелова • 47

– Держись в тонусе, – часто говорили друг другу девоч- ки-коллеги, – а то попадешь в «Райкин анекдот».

Но постепенно что-то нехорошее стало происходить в на- шем коллективе. Чувствовалось, будто в хорошее, зрелое яблоко проникла гниль и стала потихоньку его портить. Снаружи все оставалось красиво, но внутри уже разрастались темные пятна.

Оказалось, что Рая проявила себя мастером скрытых кон- фликтов. Она «играла», шутила, сочиняла истории. Поддаваясь ее юмору, артистизму, мы все, взрослые люди, невольно велись

на это.

В первый год работы Рая незаметно выжила из школы учи- теля химии. Он был очень хорошим человеком и педагогом, но в какой-то день махнул рукой на все и уволился.

Потом Рая потихоньку взялась за меня. Мотивы ее поступков были и остаются для меня необъяснимы. За моей спиной она начала оговаривать меня перед мужем, потом как бы невзначай поссорила меня с моей подругой.

Затем начала плести интриги в школьном коллективе.

Создала идею о том, что я собираюсь «подсидеть» Розу Ильи- ничну. Причем она делала это так методично и аккуратно, что директриса ей поверила. Рая настроила против меня учительни- цу математики, и они уже действовали сообща.

И с каждым днем я все больше ощущала, как надо мной сгу- щаются тучи и, как перед грозой, дышать становится все труд- нее.

Такое состояние трудно распознать сразу, тем более когда очень доверяешь человеку и открыт ему всей душой.

Но ког- да факты стали очевидными и мне начала открываться правда, я испытала тяжелое душевное потрясение. Во мне словно прои- зошел надлом.

По всем моим представлениям такая ситуация произойти просто не могла. Нет, не могла подруга, которую я выручила и поддержала, повернуть свои действия против меня. Не мог коллектив, который знал меня много лет, поддаться ее наветам, поверить ей.