Ты будешь моей, адептка, или Демон плохому не научит

Ага, погоню, лохматой метлой. Единственного красивого парня, за два года обратившего на меня внимание. Впервые за восемнадцать лет кто-то выделил меня из толпы, а я его взашей? Держи карман шире.

– И как я могу вам помочь?

– Напитать своей силой, конечно. Регулярно, ежедневно напитывать меня своей силой. Не беспокойтесь, мисс Харпер, для вашего здоровья это неопасно.

– Точно в постель хочет. – Кусик угрожающе выгнул спину.

– И каким образом… напитывать?

Уголки демонических губ дрогнули в намеке на улыбку.

– Вам понравится, мисс Харпер. Обещаю.

От этого «обещаю», произнесенного низким мужским голосом с легкой хрипотцой по спине до самого копчика побежали мурашки.

– А в благодарность, – опять этот вкрадчивый, волнующий тон, – в благодарность я помогу вам вскрыть голову одному суровому профессору.

– Вскрыть?

– Ох, простите, вскружить. Конечно же, вскружить, – хитро прищурился демон. – Помогу вам вскружить голову одному суровому профессору, которому вы с такой охотой демонстрировали свои сильные стороны.

Опять он за свое. Дались ему эти сильные стороны.

– Вы же, насколько я успел заметить, дышите к нему несколько неровно.

К профессору Моргану?

Я зарделась, опустив взгляд.

– Вот и славно, – Карвен де Берг улыбнулся, но в его улыбке мне почудилось что-то хищное, даже злое.

– Но с чего вы решили, что сумеете помочь мне…

– Соблазнить столетнего мага с плохими зубами и намечающейся лысиной?

Я возмущенно вскинулась:

– Нет у него лысины и зубы в полном порядке!

– Да, да, – не стал спорить демон.

Я задумалась, покусывая нижнюю губу. Внимание такой популярной персоны, как Карвен де Берг, невероятно льстило моему неизбалованному самолюбию. Из всех адепток академии для помощи он выбрал меня. Приятно было чувствовать себя исключительной.

– Ну что, вы согласны?

– Соглас… – хотела ответить я, но тут взгляд упал вниз.

Пока мы беззаботно болтали, мой блохастый ужас на крыльях ночи, гроза мышей и повелитель лотков пристроился рядом с ногой демона, словно та была деревом, и уже демонстративно, по-собачьи поднял заднюю лапу, намереваясь совершить святотатство.

– Кусик! Фу! Нет!

Поздно.

– Кошачья мстя страшна и мокра, – пропел довольный собой Злобнокусь.

Глава 3.