Жизнь как предмет роскоши

Так что на мой взгляд – грех сильно жаловаться на удачу, она тоже пределы разумного имеет – вокруг уже мало чего живого осталось. В каком там уже мы сами были оглушённом состоянии – можно представить. И когда наш дом через недельку тоже загорелся, то мы к этому что называется "были психологически готовы". То, что огонь на автомобиль перекинулся – само собой понятно. Ну, сгорел и сгорел, всё равно мы бы в него уже в этой ситуации не сели, раз раньше не воспользовались. Я стояла и смотрела, как он догорал. Когда говорят: "Всю жизнь копил", то это точно про меня, я ради этого Ланоса даже в отпуске лишний раз суп в поездках себе не позволяла.

Теперь, ладно.

Выждали мы на раз- два- три когда пальба на паузу стала и побежали к моим родителям. Они в центре жили, возле этого клятого Горсовета, от которого все эвакуации без мужчин проводились. Сколько я своим старикам говорила: "Уезжайте! Там же автобусы возле вас". Нет: "Мы очень старые, мы не можем, пусть будет как будет".

Короче, как мы бежали по этим битым улицам, как отскакивали к стенам при каждом залпе.

Вокруг всё выжжено, обломки, осколки, тела накрытые… Я пару раз споткнулась, один – растянулась, ногу свезла как так и надо, даже и боли не почувствовала.

Когда до родительского дома почти добрались, то – всё так же: куча квартир выбитых, крыш снесённых, стен обгорелых, но уже на пятиэтажках. Так страшно было: "А вдруг и их дом сгорел? Тогда куда".

Но добрались. И опять повезло- их дом целый.

Прибежали как Ниф-ниф с Нуф-нуфом к Наф-нафу, и я – сразу спать.

Не пить, не мыться, ни на что сил не было. Мать обняла, прижалась, и спать повалилась. В подушку зарылась, одеяло обняла, и то ли сплю, то ли трясусь, но никого видеть не могу. Исчерпалась.

Проснулась я и стала родителей уговаривать: "Давайте уедем!" Казалось бы, после всего, что произошло, то какие вопросы могут быть? Но нет! Не всем всё ясно. Меня, конечно никто насильно не держал, но как я их- своих стариков тут одних брошу? Тем более я у них – одна, они сами и до магазина не дойдут, только по квартире еле соваются.

Муж наконец за всё время проявил инициативу – связь со свёкрами давно пропала, и он отправился их проведывать. Сына, естественно, я ему за компанию не отдала.

Стали мы теперь сидеть с родителями в их квартире, то есть в основном в подвале их хрущовки в темноте под трубами. Мы там уже почти одни были. Еду на костре готовили. Уже и крупа кончалась, электричество – бегали мобильники заряжать.