Бегство к себе

Женщина не даёт сыну самостоятельности, вот он и сбегает от неё как может. Жаль его…

Я слушала открыв рот. Конечно, как я не догадалась сама! Ведь она намного старше его. Он ни разу не назвал её по имени. Стеснялся её заботы, но терпел. Разве муж будет таким терпеливым и молчаливым? Это же нонсенс! Мужчина был послушным сыном, старался не огорчать свою мать. Но при удобном случае сбегал из-под её опеки.

Вот такая история. Не каждый мужчина способен на такие жертвы ради любви к матери.

Я никогда не вмешиваюсь в отношения людей.

Никогда не даю советов и не высказываю пожеланий. Потому что каждый человек идёт тем путём, который он выбирает сам. Зачем ломать эту линию?

Судьба сама распоряжается людьми, в этом я убеждалась не раз. И в моей жизни она такие фортели выкидывала! И всё это началось довольно рано. С юности. О моей жизни можно роман писать. Он получился бы не менее интересным. До сих пор переживаю одно событие. От чего меня тогда избавила судьба? Разве можно узнать об этом?!

Студенткой я работала проводником.

Студенческие стройотряды были в те годы в моде. И учащаяся молодёжь с удовольствием путешествовала по стране.

Шёл третий день пути. Поезд приближался к Байкалу. Все с нетерпением ждали встречи с озером! Этот ажиотаж в ожидании Байкала хорошо знаком многим, проезжавшим по Транссибу. Я и сама всегда испытываю трепет перед этим могучим красавцем, который никого не оставляет равнодушным.

С утра разнесла чай. Затем собрала стаканы в подстаканниках, поменяла у пассажиров медь и прочие мелкие монеты из полученной выручки на рубли.

Люди с удовольствием шли мне навстречу: на станциях у торговок сдачи почти всегда не оказывалось, и приходилось тратить больше – а мелочь покупателей выручала. И у меня выручка за сутки была хорошей.

Покончив с этим делом, положила рубли в нагрудный карманчик дорожной курточки. Взяла веник. Пассажиры сами выметали свои купе, передавая веник друг другу. Мне оставалось только двигаться по вагону вслед за метёлкой, общаясь с приветливыми людьми.

Да ещё подмести нерабочий тамбур.

Вышла в него и ахнула: дверь вагона открыта настежь, а молодой человек в форме офицера, держась за поручень и почти целиком высунувшись наружу, курит.

– Это что такое? Как вы открыли дверь, молодой человек?

Но офицер не отреагировал на мой голос. Он был увлечён пейзажем. И даже что-то напевал. Стук колёс заглушал все звуки, и кричать было бесполезно.