Любовь длиною в жизнь

Вот и ухаживайте за ним.

Невестку Юлю аж передёрнуло.

– Как мы будем за ним ухаживать? У меня дети. Они постоянно болеют.

– Юля, ты не работаешь, сидишь дома, вот и ухаживай.

– Я что, памперсы ему буду менять?

– Не хочешь, так нанимайте сиделку.

– А почему я? Пусть Маша ухаживает. Забирайте его к себе!

– В отличие от тебя, Маша работает. И живём мы в квартире, а не в доме. Между прочим, дом этот строил отец! И баню хотел вам отстроить после пожара. И вы виноваты, что он упал с крыши.

– Он сам виноват.

– Артур, ты дурак? Как отец мог спалить баню? Он же строил её собственными руками!

– Собственными и спалил. Не хотел переселяться.

– Ты точно дурак! Отец никогда бы этого не сделал.

– Юля, а почему вы хотели его в баню переселить? – спросила Маша, решив немного вмешаться в разговор.

– Нам мало места. У нас дети. А он один занимает целый этаж.

– Но это же его дом! Он строил этот дом, а вы пришли и прогоняете его?

– Никто его не прогонял.

– А милицию чего вызывала? Столько раз?

– Он оскорблял меня.

Камал не выдержал, выпалил сгоряча и встал, давая понять, что собирается уходить:

– Ты тоже дура, Юля!

– Это почему я дура?

– Потому что! Вы его выгоняете из собственного дома, без конца сдаёте его в милицию и хотите, чтобы он с детьми вашими сидел!

– Он сам виноват.

– В общем, так. Забираете его сюда, домой, и ухаживаете. Хотя бы из благодарности, что пригласил, пустил вас сюда, в свой дом. Если сами не можете, нанимайте сиделку.

– У нас нет денег на сиделку.

– У отца пенсия! Всё, разговор окончен. И не дай бог, я узнаю, что вы его обижаете, – пеняйте на себя! Пошли отсюда, Маша…

* * *

Возвращаю вас, мой читатель, в наши дни и продолжаю рассказ оттуда, где мне пришлось прервать его, чтобы у вас сложилась полная картинка.

Войтовка. Услышав от Ирины новость, Саид не сразу сообразил, что перед ним стоит его дочь, что вот оно, счастье, о котором он всю жизнь мечтал, что судьба дарит ему новую, чудесную возможность ещё немного продлить жизнь в счастливом пребывании. Он медленно сел на стул и начал вспоминать, соображать, что это значит и не во сне ли он.

– Что? Как? Откуда? Кто? – спросил он растерянно не столько её, сколько себя.

– С моей мамой вы в Тюмени познакомились.