Строгая вежливость. А ты вежлив?

– Оно, – смотря на надвигающиеся волны моря, – оно, – горизонт манил ее, как и прежде, – я не видела море, – при виде надвигающихся белых халатов, тянувших непосильный груз ответственности на своих записных книжках.

– Я видела, – с гордостью сказала Зофра, выпрямляя плечи, – кажется, видела, – неуверенно с досадой добавила она через стиснутые зубы.

– Это твоя мечта? – пристальные взгляды белых халатов укора испепеляли ее. – До встречи, Зофра, – быстрыми шагами она испарилась, забирая с собой шлейф из синевы, который напоминал Зофре небо.

– Да, – открывая ненавистную дверь, встречая твердую кровать, от которой невозможно дождаться человеколюбия. – И вновь мы одни. Скучала ли ты по мне? – Присаживаясь. – А я вот нет, – улыбаясь, прилегла она.

Прозвучало штормовое предупреждение. Как всегда, все ринулись к шлюпкам, а морская сирена так и не приплыла, чтобы озарить всех своей красотой, закружившись в вальсе с небесным богом. Несколько капель. Тишина. Порт озарился небесным светилом. Каменные стены лабиринта окрасились в сочные краски лета.

– Ты ведь знаешь, что нельзя говорить с ними? – шепотом говорила Катарина, поправляя свои белоснежные волосы. – Нельзя! – отойдя от зеркала.

– Человек безнадежно нуждается в человеке. Мы хотим слышать «Я на твоей стороне». Я хочу быть для нее этим человеком, – вспоминая мечты Зофры увидеть небо.

– Как долго ты сможешь быть для нее этим человеком? Думаешь, что ее убьет это местечко? Нет, именно ты убьешь ее, – разъяренно разбрасывая волосы, которые она так усердно собирала в пучок для белой шапки.

– У нее есть одна… – непроизвольно поднимая глаза на потолок. – Я ее исполню, – низким тоном, боясь спугнуть ее мечту, – обязательно.

После каждой встречи с Андорой Зофра смотрела в потолок комнаты, представляя себе то самое прекрасное небо, при виде которого хочется взлететь.

– Достойна ли я быть на небесах? – поднимая руки к небу. – Достойна ли? – пытаясь дотянуться до облаков.

Благодаря стуку в дверь человечек решил идти вглубь живого лабиринта. Отправлять друга в неизведанный лабиринт птица не намеревалась: она увязалась за безликим.

– Доброе утро, Зофра, – воодушевленно сказала Андора, стягивая с нее одеяло, – скажи, что ты не видела птиц, – ощущая себя подростком-воришкой.

– Ааа, не видела. – Желая остаться в кровати подольше, обратно накрываясь одеялом. – Говорила же, я не вижу их, – сонным недовольным голосом.