Окуневая речка Уводь. Рассказы и стихи

Ключ от комнаты в темном углу на гвоздике. Форму долой. В одних трусах на любимый диван.

– Интересно, когда матушка придет с работы, что будет?

А что будет-то, и так понятно.

Мать от радости в слезы, потом в магазин за водкой, селедкой и хлебом. Стол раздвинули вдоль дивана и кровати, соседей позвали, выпили за приезд и песняка – «Хазбулат удалой…». Радость в доме.

Не пьющий Ванюшка вышел на кухню потихоньку, матушка за ним.

– Вань, а Вань! Может что не так …?

– Нет, Мам, все нормально. Я просто прогуляюсь немного и вернусь.

Не беспокойся!

Июльское солнце клонилось к закату, продолжая питать улицы родного города живым теплом. И, хотя все в нем оставалось по-прежнему, и дома, и улицы, и люди, но что-то изменилось в его облике, что-то произошло с ним за время вынужденного отсутствия. Очевидно, это что-то беспокоило молодого человека, и само собой привело к дому, где жила девушка, с которой дружил до службы и регулярно переписывался. Ему казалось, что письма от нее были искренними, добрыми.

Они и не могли быть другими, так как подружились ребята незадолго до призыва Ивана в Армию. В одной компании играли в волейбол, ходили купаться, просто гуляли и провожались. И, в общем-то, никаких обещаний и обязательств, друг перед другом, у них не было. Последнее время, если честно, письма из России приходили все реже, и это слегка напрягало солдата.

В приоткрытую калитку четырехквартирного дома, видна была часть небольшого двора с теннисным столом посредине, на котором девушка в купальнике читала (или делала вид, что читает) книгу.

Надо же, Галка! Точно она. Повезло! Тихо подошел, взял за руку.

– Гала, Галчонок – это я!

– А, Ваня, ты приехал! Я рада, но мне некогда. У меня скоро экзамены в институте.

– Понятно, – невольно сделав паузу, ответил Иван. Потом повернулся, и не спеша пошел к выходу со двора, надеясь все-таки, что произойдет чудо. Но калитка щелкнула запором сухо и выразительно, как бы определяя все произошедшее, подводя итог и переписки, и дружбы.

До позднего вечера, сидя друг против друга, мать и сын рассказывали о том, что произошло в их жизни за время разлуки. Говорили о старшем брате, работающем по направлению в Минске, о соседях, о городе. Почти все Иван знал из писем. Но говорить и при этом смотреть в глаза друг другу, говорить, сочувствуя и сопереживая, это же так здорово и так важно для самых близких людей на свете, и людей вообще!

На другой день с утра прибежал Володька – друг детства.