Шванцкант

Ну очевидно – люди без мозгов: залезли вдвоём на место, где уже сидел человек, хотя напротив, блядь, свободно.

Возможно, им западло жрать возле меня… Гг.

Мимо прошёл седомудый мужик с пачкой сигарет и зажигалкой. На тыльной стороне его кисти была наколота церковь, а на фалангах среднего и безымянного пальцев – какие-то перстаки.

«Русский традик, – подумал я. – След далёкой экспедиции, прямо как у того говнаря. Северный олдскул, хули уж там».

В поездах очень часто можно встретить людей с портаками.

Однажды мне «повезло» ехать с гастерами. Там весь вагон был не пришей пизде рукав, контингент подобрался такой, что ёбнуться можно. А правильнее будет сказать не «подобрался», а «подобосрался».

Тогда, я помню, мне досталось нижнее боковое место в середине вагона, я ехал на север, домой. Напротив меня в купе сидели: с виду приличный молодой человек, дедушка, бабушка с маленькой собачкой и огромных размеров какой-то коммерс, который в таких же огромных баулах, как он сам, вёз, судя по всему, товар на реализацию в деревню.

А потом вдруг безумие началось ещё до отправления – гастеры залезли в вагон уже пьяные в жопу, все разделись и продолжили керогазить. Жирный коммерс сначала пристально разглядывал меня, а потом вдруг произнёс вслух, глядя мне в глаза: «А кого бы мне позвать на помощь, чтобы помогли багаж закинуть на верхние полки?»

«Охуел, что ли, быдло?» – ответил я ему взглядом и, продолжая на него смотреть, демонстративно надел наушники и включил музло в плеере.

Вообще-то, я тогда ехал домой в очень плохом настроении. Мне хотелось плакать, уткнувшись лицом в подушку, никого не видеть и не слышать. И я не мог представить даже того, кто бы смог мне помочь и утешить меня. По правде сказать, мог, но старался этого не делать. Да, да, всё дело в тёлках, невзаимная любовь и всё такое.

Как только поезд тронулся, молодой человек, который с виду был приличным, вдруг достал бухач и принялся жёстко кирять без закуси, запрыгнув на свою верхнюю полку. Дед тоже залез на свою верхнюю полку и начал сморкаться в постельное бельё так, что не спасала даже музация. Бабка достала собачью еду и начала пихать её в собачью морду, собака нюхала хавку, лизала её, а потом отворачивала рожу.