Поэтический нарцисс

«Ты свободой прельстилась?» – «Раем».

«Разве ты не будешь жалеть?» – «Буду».

«Разве так расстаются?» – «Так любят».

Натурщик

Я напишу с тебя статую, ты прекрасен.

Будешь моим Аполлоном, когда я (Зевс)

Буду смотреть на тебя, замерев на террасе,

Вместе со скульптором в гипсе тебя раздев.

Жаль, отпылают губы во тьме кромешной,

Мягких волос твоих золото скоро осыплет снег.

Значит, что мы со святым одинаково грешны,

Если стареет в мире любой человек.

Только моргнёшь, а летят перелётные птицы,

Только родишься, как путь отсчитали уже –

Надо со статуей поторопиться,

Если так скромно отмерено честной душе.

Южный друг

Мой южный друг! Насколько было глупо

Лгать, верить и любить.

Каприза времени мне не остановить,

До нас дойдут и ссоры, и разлука.

И в день очередной я образ твой забуду,

Ты будешь ждать, ревнуя без ума,

Но я уже не напишу письма,

Не прикоснусь к краям разбитого сосуда.

В тот день ты не уснёшь, измучен, до рассвета,

И сладко пьяный от вина,

Ты будешь спрашивать, за что твоя луна

Ушла с твоих небес, но не дадут ответа.

Игрища

Я встретила вас, вы сидели в кафе, а справа

Сидела не то ли подруга, не то ли шалава.

Стесняясь, вы отвели глаза,

Вам нечего было сказать

Той ночью нервно-усталой.

И я вас, смущённой, смущать не стала.

Я вышла – так чёрство и глухо –

И вывела за собой не то ли такую же шлюху,

Не то ли шлюху с душой.

Признаюсь, мне нечего было ответить.

Мы снова играли, как будто от скуки играют дети.

Мы снова тянули к игрушкам руки,

Как к солнцу цветы на рассвете.

На окраине

Он дверь закрыл и снял пальто,

Я ветрено его спросила: «Никто не видел?»

«Нет, никто!»

Он, как всегда, был в лучшем виде.

Мы пили сладкое вино, мы выходили на балкон,

Ютясь на городской окраине.

Был без любви прекрасен он!

Слегка небрежен без раскаяния.

Вдали – горячая гроза.

Халатом стянутая талия.

Лишь в камне прятала глаза

Невероятная Италия.

Так бесконечно и легко

Мы жили с чувством, с безмятежностью,

Мы заходили далеко,

Мы верили любви и нежности.

И мы спускались в город, там

Всё возникало, просыпалось.

С нас осужденье тучных дам

Снимало сладкую усталость –

Мы возвращались.

Звонки из Парижа

Я только вам несколько строк –

Напишу, начерчу

И выйду из вашего дома на Петровке в старом пальто.