Жёлтые плитки

Он даже не рассматривал проблему под таким углом, хотя теперь стала понятна версия профессора, из-за которой он его и затащил к себе. Скорее всего, конечно, версию эту ему нашептали, – если действительно так много сотрудников, крутившихся рядом с Дэни, заметили неладное. Впрочем, что – «неладное»? Что такого, кроме какой-то скрупулезной работы стажера над некими схемами, могли они увидеть?

Рэдмонду на волне этих размышлений вдруг захотелось постоять за себя.

– Ты сказал, видели детали? Но это же ни о чем не говорит!

– Согласен.

Рэдмонд опять помолчал.

– Ну…

– Понимаешь, на самом деле все упирается в стажировку. Будь она пройдена – я бы и не поднял эту тему; администрация вопросов бы к Дэнивиллу не имела, а вы бы, планировщики, разбирались сами. Но раз стажировка не закончена, а до меня доходят… «новости», то надо разобраться. Может, он запутался и не может понять, что от него хотят, что ему надо.

«Нет уж, – смекнул Рэдмонд, – это он точно понимает». Дэни вдруг представился ему как хулиган, который находит проблему на ровном месте, зная о ее последствиях, – и старший планировщик подумал, что при встрече отругает его.

– Итак, нужно поговорить с твоим стажером, – пришел к выводу Жанди, – и выяснить все напрямую. Мы с тобой для этого не годимся! – он сделал жест, отвергающий всякие пояснения. – По идее, этими вопросами занимается администрация, – последовала пауза.

V

Страсть, как Дэни полюбил время с восьми до десяти вечера, когда Институт пустел, то есть даже самые заядлые работники-любители мозговых штурмов уходили домой. Вообще-то, смена у многих заканчивалась и раньше, – скажем, в пять-шесть вечера, но когда на ум приходит идея или ее развитие, – это докажет любой опытный сотрудник Института, – задержка происходит как бы сама по себе.

Дэни уже прослыл рекордсменом среди коллег по продолжительности времени, которое он проводил в Институте после окончания смены. Уходить последним стало для него привычкой. Иногда, правда, он встречался со знакомым, которого, кстати, все чаще подумывал привести тоже в Институт, только не сейчас, – вот в такие дни он мог уйти как по расписанию.