Любовь и ненависть – Фавн

Я не позволю вам расти без отца. У вас будет полноценная семья.

– Дед, ой, отец, а ты любишь мою маму?

– Да, я ее обожаю с самого детства, и именно ее я выбрал единственной моей женщиной. Олежка, ты даешь нам свое разрешение?

– Да, я хочу, чтобы мама была счастлива. Я так счастлив, что именно ты мой отец. Мне было как-то неудобно, что мой так называемый отец такой странный. Теперь я знаю, что он мне был братом. Я никому не скажу.

– Даже сестрам. Пусть подрастут, и тогда они узнают правду, а ты им поможешь принять эту истину.

– Я все сделаю так, как ты говоришь, мой отец. Ты все в моей жизни, – сказал Олег, вставая со стула. Он подошел к двери и прошептал:

– Мой самый любимый папа, самый-самый… – сказал он и скрылся в дверях, оставив потрясенного Акиндина. Он выполнил свой долг и утром все рассказал Марии, когда дети ушли гулять.

– Он так и сказал: «самый-самый»? – удивилась Мария.

– Да, так и сказал, а перед этим бросился ко мне на шею и поцеловал меня, – добавил Акиндин.

– Я так боялась, что он возненавидит всех нас, но он оказался мудрее всех нас. Он такой добрый мальчик.

– Он весь в тебя, моя Машенька. Скоро ты станешь моей официальной женой.

Акиндин преподнес ей золотое кольцо с крупным рубином.

– Это все тебе, мое солнышко. Это кольцо для помолвки. Возьми его, Машенька.

– Спасибо, Акиндин. Ты моя единственная любовь.

Прошло два месяца, и в деревне случился переполох. Был март. Вся деревня стояла на ушах. Это была свадьба Акиндина Назаровича Званцова с Марией.

Из района он заказал три украшенные цветами машины, а в деревне в клубе были расставлены огромные ряды столов с вкусной едой. Мария в красивом и дорогом свадебном платье стояла рядом с Акиндином Званцовым и отвечала на вопросы в районном загсе.

– Согласны ли вы, Акиндин Назарович, взять в жены Марию Федоровну?

– Да, согласен, так как я ее люблю больше жизни.

– Согласны вы, Мария Федоровна, взять в мужья Акиндина Назаровича?

– Да, согласна, – и она посмотрела на своего жениха с обожанием, а затем добавила: – Я люблю его. Очень люблю.

Акиндин стоял в строгом черном костюме и не мог поверить своим ушам. Это публичное объяснение в любви выбило у него почву из-под ног.

– Тогда именем Советского Союза я объявляю вас мужем и женой.