Любовь и ненависть – Фавн

Прошел еще один день, и Акиндин решил продолжить обучение любви Марии. Он сказал ей, что сегодня ночью он придет к ней. Она была рада. За эти два дня она переменила к нему отношение. Он нравился ей, и впервые в жизни в этом доме ее не унижали, как это делала ее мать, Аграфена Кирилловна. Она была настоящей хозяйкой большого великолепного дома, который построил сам Акиндин Назарович, и любимой женщиной. Впервые в жизни ее уважали и любили. Даже Иван перестал грубить ей, а стал делать ей комплименты.

Ночью Акиндин пришел к ней.

Марии была выделена специальная комната, где Акиндин смог запереться с ней для отвода глаз.

Он вошел в комнату и, отбросив одеяло, посмотрел на обнаженное тело Марии. Он попросил ее ждать полностью раздетой в его комнате. Она была невероятно красива и сказочна. Мария лежала и с радостью его ждала. Он лег и начал гладить ее роскошное тело. Акиндин разработал целую систему обольщения Марии. Постепенно, шаг за шагом, он начал осуществлять свой план. Но его план провалился, она полюбила его, по-настоящему полюбила.

Он опять начал ласкать ее тело сначала рукой, проводя нежно по телу Он привстал и начал ласкать ее ножки. Акиндин подложил подушку под ягодицы Марии, и тело высоко поднялось.

– Раздвинь ножки, моя девочка, я только хочу посмотреть, все ли у тебя зажило после потери девственности, – заботливо попросил он. Акиндин снова расположился между ее ног и стал нежно целовать ее. Мария вспомнила предостережения Ивана и решила слушаться Акиндина, хотя она его еще немножко боялась.

Он обрадовался, что Мария так широко раскрыта. Он убедился, что все хорошо, и стал покрывать поцелуями ее пухлые ножки. Она должна привыкнуть к его присутствию, к его прикосновениям и к его ласкам. Он обнял ее. Она его тоже. Они были как две половинки одного целого.

– Все великолепно, моя радость. Спи, мое солнышко, – говорил он ей, положив ее голову к себе на грудь. Он нежно гладил ее, перебирая волосы. Он убаюкивал ее, как маленького ребенка.

– Я сегодня не стану к тебе приставать, хотя безумно хочу тебя.

Пусть у тебя все пройдет. Спи, моя Машенька. Спи, моя родная.

Она уснула, а он обнял ее и прижался к ней. Он гладил ее по волосам. «Она совершенство и моя. Хорошо бы, что она еще родила бы и дочку, похожую на мою матушку. Я хочу много детей от этой красивой девочки». Акиндин крепко прижал ее к себе и провалился в сон. Мария проснулась поздней ночью и посмотрела на Акиндина, который лежал на спине.