Код равновесия. Техногород

Тёзка так испугалась, что происходящее казалось ей нереальным. Она видела, как один из крими заправил лампу: отмерил порошки из трёх разных пакетиков, а затем добавил прозрачной жидкости из бутылочки и закрыл шарик пробкой. Главный потряс шар и скоро света стало достаточно. Он смотрел на обратную сторону медальона, а библиотекарь успел насчитать ещё пять человек, сидевших на корточках чуть поодаль. Вдруг главный коротко и звонко отвесил затрещину низкорослому парню, который стоял рядом с ним. Лезвие стукнулось о камни.

Крими захохотали.

– За что? – взвизгнул тот.

– А это? – главный поднёс ему к носу медальон, – Что это значит?

– Буква “Пэ”, – удивился тот, – Пропуск?

– Угу, – кивнул главный, – Говорил я тебе не торопиться? Ну, сколько раз, а? Смотреть надо сначала. Смотреть – и только потом резать!

Низкорослый потёр затылок и поднял стилет.

– Всегдашняя моя поспешность приносит мне многие страдания, – как ни в чём не бывало объяснил он Фантазёру.

– Что на площадке-то надо? – миролюбиво спросил главный крими.

– На кран подняться, – дрогнувшим голосом ответил Фантазёр.

Крими пристально оглядел их и понимающе хмыкнул:

– Романтики, значит. Ну, пойдёмте.

Фантазёр с Тёзкой поднимались в кабину на таком маленьком лифте, что им пришлось тесно прижаться друг к другу, чтобы уместиться в нём. Крими уже исчезли в ночных переулках Матар-Альзумаруд, на стройплощадке было тихо.

– Ну ты и мастер переговоров, – прошипела Тёзка, – Так “договорился”, что нас чуть не зарезали.

– Извини. В прошлый раз меня встречали другие ребята, так что это происшествие можно считать за человеческий фактор, – улыбнулся Фантазёр и вдруг нежно поцеловал Тёзку в кончик носа, – Всё обошлось.

Тёзка угрюмо взглянула на него, но промолчала.

– Времени потеряли много, – серьёзно сказал библиотекарь, – Как бы не опоздать.

Внутри кабины башенного крана было холодно. Фантазёр включил тепловой шнур, который тянулся по стенам и уходил в пол – и вынул из нагрудного кармана пластиковый квадрат, упакованный в чёрную плёнку.

Он снял её с одной стороны и приклеил квадрат к потолку, а затем снял плёнку с другой стороны. В кабине стало светло. Было тихо и Тёзке казалось, что она слышит ветер. На площадке стоял полуразобранный дом, пригодные для новой стройки железо и камни лежали кучами на земле, а мусора уже почти не осталось. Далеко за стройкой тянулись фонари, а под ними – яркие рыночные палатки, которые, казалось, вот-вот вывалятся прямо на дорогу.