Ярмарка наград

Сотрудников было двое.

– А! Вот и стражи порядка, легки на помине, – сориентировался Григорий. – Сейчас они покажут тебе кузькину мать. Будешь знать, как деньги вовремя не возвращать.

Милиционеры от неожиданности опешили и в изумлении замерли с открытыми ртами.

– Товарищи! – воспользовавшись паузой, обратился к ним Григорий. – Помогите мне вызволить деньги у этого ворюги. Втёрся, понимаешь ли, в доверие и теперь не отдаёт, хоть кол на голове у него теши. А мне ещё жить надобно и домой возвращаться.

– Какие деньги? – с иронией пропищал из-за двери Мансур. – Ты мне давал их, чтобы требовать? Вот, когда расписку покажешь, тогда и поговорим, а пока нечего людям мозги пуд рить и имущество казённое портить.

– Слушай, – наконец сообразил один из блюстителей порядка. – Да он же пьяный. Давай доставим его в отдел, там и разберёмся.

«Ноги! Делаем ноги!» – мысленно скомандовал себе Григорий и пустился наутёк.

Он дважды обогнул здание бани, но на вираже третьего круга неожиданно врезался в самого Мансура, который, проявив любопытство, всё же отворил двери и высунулся в проём на улицу.

– А, попался, змеёныш? – злорадно высказался один из сотрудников милиции. – Сейчас мы тебе устроим забег на длинную дистанцию.

– Да чего ты с ним цацкаешься? Хватай его и тащи, – конвульсивно дыша, прокричал другой и тут же получил удар обрезком трубы по спине, которая непонятно каким образом оказалась в руках Григория.

Форменная фуражка мигом соскользнула с коротко стриженой головы и покатилась в темноту. Следом за ней побежал её хозяин. Тем временем вооружённый трубой Григорий набросился на его напарника. Он неистово махал орудием, как предполагал, защиты, и некоторое время ловко оборонялся от наседавших на него сотрудников милиции. Но силы, в конце концов, оказались неравными. Вскоре Григория скрутили и, схватив за ноги, поволокли через дорогу в направлении райотдела.

* * *

В отделе милиции на Григория надели наручники, подвесили головой вниз и стали колбасить, не обращая внимания на его ужасные вопли и стоны. Удары ногами и руками отрабатывали все, кому не лень, проходя мимо живой груши.