В огне любви

Тот самый, что Дэн подарил мне около десяти лет назад, вскоре после нашего знакомства. Как же я любила его тогда! Смотрела с восхищением на героя, спасшего меня, и была уверена, что он и есть мой долгожданный принц. Принц, в замке которого я хочу провести всю свою жизнь.

А теперь… теперь я хотела сбежать и из замка, и от принца. Сбежать, как можно дальше.

Глава 6

– Спасибо, что вытащили меня сюда, – я заставила себя улыбнуться девочкам. – Может, я просто все принимаю слишком близко к сердцу? То есть, у нас ведь все было хорошо.

Лучше, чем хорошо. Может быть, нам надо поговорить?

– Не вздумай! – пригрозила мне Ира. – Нечего перед ним унижаться, пускаясь в объяснения. Надо выбираться из этого болота, потому что ничего подобного ты не заслужила!

– Она права, – задумчиво подтвердила Лена. – Прежде всего мужчина должен быть героем для своей жены, а для других – уже потом. А у вас все наоборот.

– Катюш, а тебе есть куда переехать? – осторожно поинтересовалась Таня.

Я отчего-то разозлилась.

В этот дом было вложено столько сил и средств, что так просто уйти, оставляя все Денису, я точно не соглашусь. Пусть он убирается, если хочет.

Увидев мое настроение, Ирина одобрительно кивнула.

– Вот это правильно! Надо стоять на своем и заставить его тебя уважать! Если мужчина хоть что-то способен понять, то это как раз и есть…

– УВАЖЕНИЕ, – я вздохнул, глядя на Саню и отчего-то вспоминая прошлое утро и то, как он с женой смотрели друг на друга. Сколько чувств было в этом взгляде.

Уж Ольга-то точно его уважает!

Вечер выдался на редкость тихим, вызовов не поступало, даже можно было вздремнуть какое-то время. Только спать не хотелось от слова совсем. Сидя на надраенных деревянных ступеньках, я задумчиво рассматривал, как плывут по темнеющему вечернему небу облака, норовя вот-вот закрыть луну.

– Все дело в уважении, – повторил я. – Наш брак разваливается как раз поэтому. Катя не испытывает ко мне ни капли уважения. А знаешь, что самое ужасное?

– САМОЕ УЖАСНОЕ, ЧТО ДЕНИС ВООБЩЕ НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЕТ, – мне снова хотелось плакать.

Если бы только от слез становилось хоть немного легче. Но это не помогало. Боль никуда не уходила, напротив, лишь возрастала с каждом минутой. И я чувствовала, что все внутри меня восстает против грубости и черствости мужа.

– Мужчины вообще толстокожие создания, – со вздохом сказала Таня.

– Дело не в этом, – я немного помолчала. – Он ведь не был таким.