Межлуние. Том II

С ним можно было иметь дело, но с оглядкой.

– Доброго дня. Прошу на борт, – поприветствовал его охранник.

– Благодарствую. Как дочка?

– Вашими молитвами, – отозвался тот.

Спустившись в каюту, Барин сбросил и откинул в сторону шляпу.

– Хорошие деньки, когда нет дождя, – заметил хозяин судна, глядя в окно.

И зевнул, как это делают пресытившиеся однотонной жизнью.

Не торопясь начинать тот разговор, ради которого визитер оказался здесь, он стянул пальто с плеч и скинул его на софу, покрытую разноцветными атласными подушками, оставшись в бриатской рубашке.

– Судя по твоему тону, тебе смертельно скучно.

– Именно! Порадуешь чем?

Владелец яхты сел на стол и налил себе игристого вина.

– Будешь?

– Пока воздержусь.

– В Ведомостях одни свадьбы да война. Хоть бы дуэль случилась, или, скажем, пожар, – протянул собеседник и опрокинул в себя содержимое бокала.

Они встали напротив друг друга.

– Ну, за встречу!

Обнявшись, мужчины смотрели друг на друга мгновение.

– Признавайся, принес новые сведения? Мне пора готовить очередную махинацию на бирже? Чую свежий ветер!

– Вести есть и вполне новые, – ухмыльнулся Барин. – И ветер переменился.

– О! – воскликнул Шелкопрядов, и повторил, подняв к потолку указательный палец с крупным золотым перстнем, – О!

– С чего начать…? – начал подбирать слова Барин, наслаждаясь нетерпением… друга.

Если его нельзя так назвать, то тогда кем? В его деле любые привязанности опасны.

Шелкопрядов хитро прищурился. Ему нравилась эта игра. Он сам был в ней великим мастером. Расскажи ему все сразу, выложи, как на духу, и он разочаруется в крайность. Хорошую историю надо подавать красиво, в трех переменах роскошных блюд. А прежде готовить часа по три, дабы от запахов стряпни голова кругом пошла, а у гостей случился голодный обморок. А после, замариновав их до крайности, чтобы от нетерпения покраснели лица, выдать им по ложке бульона постного, приведя в чувство.

– Недавно получил я письмо со странной печатью. Вот, взгляни, – нарочно скучающим голосом сообщил Барин.

– Голубчик, – причмокнул Шелкопрядов, проглотив наживку так, что крючок из-под жабр выглянул наружу блестящим зазубренным острием. – Давай все сюда немедля!

Письмо было представлено и немедленно изучено.