Межлуние. Том II

Верзила брезгливо осмотрел сидящих на земле пленников и задал волновавший его вопрос:

– Кто у вас король?

Самиру переглянулись, но никто не проронил ни слова.

– У вас был главный. Вождь. Где он?

– Вот он! – воскликнул стоящий неподалеку нирей, оставшийся охранять связанных самиру, и указал на него пальцем.

– Тащи его сюда! – прорычал верзила.

Приказ был немедленно исполнен. Прикрикивая и подкрепляя свои слова палкой, нирей вытащил вождя племени из плотных рядов и подвел к своему командиру.

Верзиле хватило лишь одного взгляда на прическу пленника, чтобы согласиться с выводом подчиненного.

– Теперь ваш король я.

Украдкой поглядывая на вооруженных бойцов, пытаясь не шуметь и не делать резких движений, Тапива медленно стянула нашейные бусы и обернула их вокруг бедра под юбкой. Она очень быстро поняла, что лучше не привлекать к себе внимания. Девушка сбросила с кисти браслет синего стекла – подарок одного из бледных людей и, стиснув зубы, затаила гнев.

Найдя, как ей показалось, наиболее подходящее место для глиняной урны с прахом, Анна опустилась на колени и несколько минут держала в руках асун, слегка поглаживая гладкую поверхность. Стоящая в двух шагах позади нее Марина не вмешивалась в прощание и держала черный венок, вырывающийся из пальцев при каждом порыве ветра.

– Здесь заканчивается твой земной путь. Пусть тебе светят Луны, а земля будет пухом, – прошептала Анна.

Установив урну между валунами, она принялась укладывать камни, возводя маленькую стену, ограждающую прах от стихии и дикого зверя. Управившись с этим, дава встала и отступила назад. Подошла очередь Марины, установившей венок. Ей пришлось прижать его булыжником, иначе он бы обязательно упал.

Отдав дань почтения, Анна первой нарушила молчание:

– Не хочу здесь задерживаться.

Они отвернулись от скал и принялись отыскивать тропу.

– Нам надо решить, что делать дальше, – предложила дава.

– У меня есть подозрения, но я не знаю, как их превратить в доказательства.

Анна кивнула. Ее плотно сжатые побелевшие губы выдавали внутреннюю боль.

– Поделись со мной.

– Надеюсь, ты не станешь поддаваться эмоциям, – неуверенно начала Марина. – Такие пузырьки я видела только у Смотрительницы. Судя по ноте миндаля, этот яд привезен из Ланжи.