Оставаться сумасшедшей?

В товарняке

– Проспала ведь! – кричала мама на сонную дочь. – Будильник звенит, а она не слышит!

Мгновенно одевшись, как солдат во время тревоги, схватив спортивную сумку, Маша понеслась на вокзал.

Поезд показал ей хвост.

– Дядя Паша, помогите! На соревнования в Киров опаздываю.

– Ой, девка, что с тобой делать?

Дядя Паша – отец Машиной одноклассницы Мильки, работал на железнодорожной станции обходчиком путей.

– Вот, садись в товарняк.

В самый последний момент, когда дядя Паша отошел от вагона, на подножку запрыгнул странноватого вида парень с перевязанной головой и забинтованной рукой.

Как только отъехали от города, парень решил не терять времени даром… Для начала он недвусмысленно обнял Машу за талию и, пошло гыкнув, осклабил свои нездоровые желтые зубы.

Девушка, как ни странно, ничуть не испугалась. Она молча, но так сильно сжала его здоровую руку, что парень крякнул. От хрупкой девчушки с тоненькими косичками, почти ребенка, не ожидал такой силищи.

Маша молча и решительно смотрела на парня сверху вниз, готовая в любой момент пнуть его в причинное место. Он простонал и попытался высвободить свою руку. Не тут-то было! С десяток километров Маша цепко держала парня одной рукой, впившись, как клешней. Но потом, видя, что тот не думает возобновлять свои действия, отпустила. Так и ехали до самого Кирова, не проронив ни единого слова и не глядя друг на друга.

А на станции Машу ждала команда. Они знали, что Машка не подведет – обязательно приедет! К тому же дядя Паша позвонил на станцию в Киров и велел передать спортсменам, что опоздавшая едет на товарняке.

– Видишь, помню ведь до мельчайших подробностей, что сто лет назад было! А куда деньги и паспорт положила – опять забыла, – сокрушалась Мария.

– Найдешь, – попыталась успокоить Евгения. – Сколько раз уж теряла и находила. Ты почему-то не доверяешь мне: отдашь паспорт – тут же требуешь назад, да еще со скандалом.

– Я – со скандалом? Да я не умею скандалить!

«Быстро светлая полоска воскрешения памяти сменилась черной забытья», – подумала Евгения чуть ли не стихами.

– Да, к сожалению, со скандалом, – спокойно подтвердила Евгения.

– Это ты все время орешь на меня! Сука!

Впервые Мария обозвала Евгению. «То ли еще будет!» – как будто съехидничал кто-то над ухом. «О, Господи! Меня, пожалуй, тоже надо будет укладывать в неврологический стационар», – подумала Евгения.