Вершитель

Окинув глазами холм, к которому лепилось городище, Рюрик вздохнул полной грудью: вон там, на горке, где Ладожка впадает в Волхов, надо ставить крепость, по примеру Велигарда и Старигарда.

Рюрик часто вспоминал напутствие старого Мике: «Впереди у тебя потери, войны, победы, слава и богатство. Но они недолговечны, друг мой. Долговечно доброе имя». Он желал одного: сделать свое племя сильным, и тогда имя его останется в веках.

Ступив на твердую почву, Рюрик поклонился земле в пояс. Его примеру последовали Олег и остальные корабельщики.

– Приветствую тебя, брат! – навстречу Рюрику спешил Синеус. В простой одежде, но с оружием на поясе, князь наблюдал за погрузкой ладей.

В Ладоге Синеус с Трувором окунулись в хозяйственные заботы, устанавливали мир с соседями, собирали дань, строили жилища для верных дружинников Гостомысла.

Братья похлопали друг другу по плечам, шутя, померялись силой.

– Пойдем, покажу тебе нашу гордость! – И Синеус потащил Рюрика и его свиту в мастерские.

Рядом с кузницей на выложенной камнем площадке стояла плавильная печь.

Рюрик с удивлением и радостью рассматривал литейные формы. На лавке лежали гвозди и заклепки для ладей, зубила, клещи, клинки и наконечники стрел.

Рюрик присвистнул:

– Смотрю я, вы развернулись!

– Через пять лет за пояс заткнем Табомысла с его выводком, – пообещал Трувор.

– Как поживают матушка с Ружненой, как Вадим? – вспомнил Рюрик.

– Да что с ними станется? Вадим возмужал, не узнать его. Матушка собирается выдать сестру за Дира.

Услышав новость, Олег едва устоял на ногах.

– Женщины не покладая рук готовят приданое, – вещал Синеус, – сам знаешь, сколько хлопот со свадьбой…

– Откуда мне знать, – дернул плечом Рюрик.

– А пора бы уже, – поддел брата Трувор.

– Как это возможно, Рюрик? – не удержался Олег. – Хакон свидетель, Дир и Аскольд предали твоего деда Гостомысла.

– Кто старое помянет, тому глаз вон, – напомнил Рюрик. – Гостомысла не вернуть, Велигарда тоже.

Между тем Рюрик пересказал братьям свой разговор с Рагнаром. Лишь только прозвучало слово «поход», ререговичи обо всем забыли.

– Отлично, мы всегда готовы, – поддержал идею Трувор.

– Обсудим, – кивнул Рюрик.

Терзаемый ревностью, Олег пришпорил коня.