Тринадцать дней летом

Приятный мелодичный голос, открытость, доверчивость девушки приятно удивляли Алёну, которая достаточно тяжело сходилась с людьми. Её поводырь, как заметила Алёна, была красивой девушкой. Похожий, давно вышедший из моды спортивный костюм, только не с синими, а жёлтыми полосками был и у Алёны. Когда она на человеке видела похожую вещь, которую носила сама, то интерес к этой вещи у неё пропадал, появлялся своеобразный комплекс, который заставлял больше не брать в руки эту одежду. Костюм на незнакомке был великоват, но знакомая вещь, на удивление, не вызывала неприятных чувств.

В поведении девушки чувствовалась уверенность, достоинство, спокойствие. Густые вьющиеся волосы ровно лежали на плечах, серые глаза смотрели участливо. Черты лица – правильные, вообще, всё у неё – рост, фигура, манеры – были безупречными, только болезненный бледный вид, усталый взгляд портили первое впечатление.

Глава третья

Заведующей отделением оказалась молодая изящная блондинка. Как и один из хирургов, была прямолинейно-резкой в суждениях.

– Они думают, что нам здесь делать нечего, – с возмущением говорила коллегам, разглядывая на специальном экране с подсветкой снимки. – Посмотрите, Алина Романовна, тут всё чисто.

К экрану приблизилась молодая красивая женщина, в чём-то очень похожая на заведующую. Тот же возраст, такая же причёска, только в отличие от первой она была брюнеткой с более мягкими чертами лица.

– Я тоже ничего не вижу, – подтвердила она. – Читай, пожалуйста, заключение.

Возле одного из письменных столов стояла в очень коротком халате из прозрачной синтетической ткани молодая девушка.

Чувствовалось, что она в компании серьезных озабоченных людей лишняя, сильно выделялась из круга медиков, видно, попала сюда случайно.

Когда Алёна входила в кабинет, девушка громко смеялась, её кучеряшки, на блеск и пышность которых было потрачено немало средств и усилий, красиво раскачивались. Несомненно, девушка кокетничала, хотя в кабинете находился только один мужчина пенсионного возраста.

Лицо девушки светилось весельем и беззаботностью.

Между тем, с того момента, как Алёна начала своё хождение от корпуса корпусу, из кабинета в кабинет, прошло четыре часа, к ней вновь вернулся кашель, который с каждым движением грудной клетки вызывал невыносимую боль.

Вновь те же вопросы врачей, прослушивания спины, груди и предположения, предположения…

– В принципе, есть показания.

– И кашель очень похож.

– И болезненная худоба. Хрипы улавливаются.