Картавый мальчик

– Я уже сказал: не люблю пг’осто так болтать по телефону, я тебе не мальчик, с кем можно болтать.

– Влад, а можно я тебе когда–нибудь потом позвоню сама? – попросила Лика и добавила: – По делу, Влад, можно?

– Ну, если по делу, звони… – холодно ответил он, и она услышала в трубке непрерывный гудок.

Лика позвонила ему только через три месяца – по делу. Попросила выслать ей по электронной почте архив концепций разных пиар–кампаний, что у него наверняка скопился, потому что она, как и обещала Борюсику Туринскому, подумала–подумала на досуге, да и устроилась специалистом по работе с клиентами к нему в пиар–агентство.

А там уже шеф её как нового партнёра попросил достать, если есть возможность, примеры пиар–сопровождения самых различных проектов – у более опытных коллег, чтоб самим лишний раз над этим голову не ломать.

Влад долго не брал трубку. Потом ответил: «Ну». Похоже, он был сильно пьян. Лика изложила свою просьбу. Он сказал:

– Хог’ошо, диктуй адг’ес.

Лика назвала имейл сначала целиком, потом стала старательно произносить ещё раз по буквам, ведь это на английском языке.

Но он её прервал:

– Бг’ось, я запоминаю сг’азу.

Через два дня выслал концепции – на все случаи в жизни.

Потом Влад как–то позвонил ей сам:

– Извини, не на тот нажал телефон в памяти.

Лика сказала:

– Мне всё равно приятно, мог бы ошибаться и почаще…

На этом разговор прервался. Недели через две он позвонил ещё раз, но разговаривал с большим трудом. Зато Лика отчётливо различила женский смех где–то рядом с ним и игривые восклицания.

В следующий раз она звонила ему сама. Это случилось через два года и четыре месяца. Женского смеха уже не было, но о себе Влад рассказывать наотрез отказался, а её грубо спросил: «Что, ещё не вышла замуж?». Она, по обыкновению, ответила: «Никто не предлагает». Дальше разговаривать было не о чем. Лика сама нажала на кнопку, чтобы завершить разговор, и поклялась себе, что больше никогда не наберёт ни одной цифры его телефонного номера.

Как и обещала сама себе, она этот номер забыла. Быть может, между ними что–то настоящее и начиналось. Но этого ведь совершенно точно не вернуть.

Так и шли месяцы, потом годы, жизнь так закрутила Лику, что она о нём почти не вспоминала. Но иногда, ни с того ни с сего, без всякой видимой причины, Влад, там, внутри, где–то над сердцем, вдруг напоминал о себе Лике, комом подкатывал к горлу, и она ничего с этим не могла поделать.