Варенье с косточкой

Да еще и распивать спиртные напитки.

Однако завкафедрой Наталья Соколова уличила Липочку в снобизме.

Объявила, что в их положении неэтично – это как раз отказываться. Что китайцы, во-первых, по традиции чтут Учителя, а традиции надо уважать и поддерживать, потому что народ силен именно традициями. Во-вторых, Олимпиада олицетворяет собой не столько курсы для иностранцев, не столько университет, сколько всю Россию, и поэтому не имеет права рассуждать, как европеизированная гордячка, законченная индивидуалистка.

– Так что окажи милость, сходи в гости к своим студентам. Не облезешь, – завершила программное выступление Наталья.

Липочка была интеллигенткой в третьем поколении и не стала ввязываться в словесную баталию с заведующей кафедрой.

Ситуация усугублялась географией: дом, где жила Олимпиада, находился в квартале от студенческого общежития.

Наталья Соколова быстро смекнула, как этим подарком судьбы воспользоваться:

– Будешь у них куратором, – не терпящим возражений тоном сообщила она аспирантке Разгуляевой.

Наталья подловила аспирантку на чувстве ответственности: помимо воли Липочка опекала своих студентов. А однажды даже устроила настоящий скандал, защищая их на улице от каких-то гопников.

И, вызвав такси, Олимпиада с покорностью агнца отправилась на какую-то съемную квартиру в богом забытом микрорайоне, где был накрыт стол.

В квартире стоял чад, сладкий лук со сладким картофелем и пророщенная соя застревали в горле, и сделать с этим Липочка ничего не могла, не скомпрометировав себя. А компрометировать себя не хотелось – все-таки она олицетворяла собой не столько курсы для иностранцев, не столько университет, сколько всю Россию.

Отведав сладкого лука, Олимпиада Разгуляева поняла, насколько это тяжкий труд – олицетворять собой Россию, и твердо решила не попадать под влияние завкафедрой и китайских традиций.

Последнее, четвертое, приглашение застало Липочку врасплох.

В воздухе носилось лето. Идти в общагу с визитом вежливости не хотелось категорически. Хотелось перемен и обновлений. Хоть каких-нибудь.

Каждую весну Олимпиада испытывала творческий зуд, который никак не мог оформиться во что-то определенное.