Сезон водоворотов

Бирюков улыбнулся профессиональной улыбкой преуспевающего адвоката.

Эта улыбка и подтолкнула меня открыть сейф и выложить перед ним банковскую упаковку в пятьдесят тысяч рублей. После некоторого колебания я добавила еще пятьдесят тысяч.

– Теперь уже девятьсот, – вздохнула я, имея в виду остаток в сейфе. – Этого хватит на оплату адвокатских услуг? – Я подвинула Бирюкову деньги. Он все еще был чужим человеком, с которым меня связывали только деловые отношения. Никакой love story. А секс, как говорится,– не повод для знакомства.

– Я же сказал, что ничего не возьму с тебя.

Бирюков направился к двери.

– Аркадий Степанович, – окликнула я его, – тогда я расторгаю с тобой договор.

Аркадий постоял, раскачиваясь с пятки на носок, но уходить передумал. Он подошел к столу, открыл дипломат и сложил в него гонорар.

– Ты долго еще? – Аркадий Степанович имел в виду мою работу.

– Да, долго.

– Может, дашь ключи, я пока погуляю с Сойером?

Разве можно отказаться от такого предложения? Когда я заводила собаку, я не знала, что меня ждет: полумертвая приползаешь с работы домой, а тут вторая смена…

Вместо того, чтобы растянуться вдвоем на диване и посмотреть какой-нибудь остроумный сериальчик, переодевайся и сопровождай собаку в ближайший сквер.

Бывали минуты, когда я склонялась к самовыгулу, и только страх перед догхантерами меня останавливал.

– Бесплатно? – на всякий случай уточнила я.

– Задаром! – заверил меня адвокат.

С легким сердцем я нашла в сумке и протянула Бирюкову связку ключей – от верхнего и нижнего замков и почтового ящика.

… Очень скоро я поняла свою ошибку: как раз у Бирюкова была запланирована love story. Больше того, Аркадий не собирался довольствоваться ролью любовника.

Аркадий сделал копии с моих ключей, и началась экспансия.

В моей кухне появились разные приспособления, щипцы, лопатки, похожие на тесаки ножи, молотки для отбивания и напоминающий томагавк топорик, разных размеров терки, блендеры, и – венец высокого кулинарного искусства – термощуп! В довершение всего на крючке вместе с моим фартуком теперь висел чужой фартук, а рядом с моими прихватками болтались чужие.