Аромат ландыша

Здесь в хлебной лавке он становится свидетельством воровства и, ослабев от голода, почти помутившись рассудком, наконец встречает меня.

Исполатов сжал голову руками, поморщившись как от сильной боли. А затем, схватив стакан, стал жадно пить воду.

– Да, и забыл сказать, что вора отпустили. Мукомолов смягчился, дело заводить не стали. Закончили на том, что он отдал этому бродяге караваи обратно и радушно приглашал заходить к нему в лавку.

– А Франтов как?! Что же, что же это было за доказательство? Не томи, Поль!

Аглаида Афанасьевна молча подалась вперёд, безотрывно глядя в посеревшее и словно бы осунувшееся от переживаний лицо Исполатова.

– Да, Павел Андреевич, сделайте милость, расскажите нам скорее, что это было, – в один голос сказали Борис Бенедиктович и Владимир Александрович.

VII

В беседке повисло молчание.

Исполатов, отставив стакан, вновь сжал голову руками. Борис Бенедиктович поднялся со скамьи и начал немного нервно прохаживаться. Владимир Александрович смотрел на Исполатова с усмешкой, как на студента, не знавшего ответ на элементарный вопрос.

На этот раз не выдержала Аглаида Афанасьевна. Волнения прошедшего дня вдруг нахлынули на неё с неожиданной силой.

– Павел Андреевич, ну что же Вы молчите! Это просто невыносимо. Бедный Константин Александрович! Сколько ему пришлось вынести! Можно ли ещё оправдать его? – она почувствовала, что голос не слушается её и почти срывается на крик.

Борис Бенедиктович быстро подошёл к ней и обняв за плечи, успокаивающе прижался губами к её затылку. Это импульсивное нежное движение супруга, которое всегда вызывало в ней ответную нежность и мгновенную кротость, вдруг разозлило её и вызвало желание сбросить его руки и крикнуть ещё громче. Испугавшись самой себя, она шумно вздохнула и затем медленно, благодарно положила свою слегка вздрагивающую ладонь на руку мужа.

Павел Андреевич при звуках её голоса словно избавился от оцепенения, отнял руки от головы, и обведя всех собравшихся печальным взглядом, сказал серьёзно и горько:

– Я совсем не предполагал этого обстоятельства. И главное, что это могло быть возможной версией, но я даже не подумал об этом, даже не заподозрил. Сегодня я подал прошение о пересмотре дела Франтова. Его долго не хотели принимать, но я поручился за положительный результат.