Зара. Жан. Лоут

Завтра светило опять начнёт свой путь по небу, но уже с запада на восток. Так продолжается много столетий – с востока на запад, с запада на восток. Это проклятие рода драконов, и только после снятия заклятия, солнце над пустыней будет совершать полный круг, восход всегда будет на востоке, и пустыня СМЕРТИ изменит своё название.

– Откуда ты всё это знаешь? – запёкшимися губами спросил Зураб.

– Это древняя легенда, передаваемая из уст в уста. Я слышала её от своей бабушки, а она от своих предков, – промолвила Зара, – Пойдёмте быстрее, иначе мы никогда не увидим рассвет.

Треть светила скрыл горизонт.

– Нам никогда не выбраться из этого песчаного плена. День подходит к концу, – промолвил Аслан, – края пустыни нет.

– Пустыня заканчивается неожиданно – словно линия между песками и зеленой травой. Видимо, таково проклятие, – сказала Зара, – надо идти.

Путники, теряя надежду, медленно продвигались вперёд.

Песок под ногами заколыхался, словно что – то громадное, мощное пыталось выбраться на поверхность.

– Быстрее! Бегите! Дракон просыпается! – послышался крик Зары.

Тонны песка взмыли вверх, и на фоне заходящего светила появилась огромная змея – дракон. С зеркальной чешуи осыпались остатки песка. Из разинутой пасти с тройным рядом зубов высунулся раздвоенный язык, который сразу обхватил за талию одного из путников и отправил его в рот. Вопль ужаса пронзил небо. Началась битва безоружных людей и змеи. Безумные крики людей, завеса песка, поднятая драконом, пляска его хвоста, сбивавшая путников с ног.

Сознание возвращалось медленно. Вместе с ним проснулась боль. Ощущение было такое, словно тело пропустили сквозь мясорубку, каждое движение давалось с трудом, ныли все кости. Но мысль:

– Жив, – успокаивала.

– Где я? Что со мной? – Тимур попытался встать.

– Не делай резких движений. Лежи, – раздался девичий голосок.

Тимур резко открыл глаза, и сразу зажмурился от яркого света.

– В рубашке родился. Из такой переделки выйти, да ещё с малыми потерями, не каждому удаётся. У тебя даже переломов нет, одни ушибы. Ничего, молодой ещё, до свадьбы заживёт, – усмехнулась она.

– Кто ты? Где я? – приподнимаясь на локте, спросил Тимур.