Камень в огород

– Младший советник юстиции майор Коршунов, – ответил толстопузый.

Далее на экране повисла заставка с двумя номерами телефонов редакции криминальной хроники и номером городской оперативно-дежурной службы.

– Н-да, содержательно, ничего не скажешь…, – не удержалась Наташка. Сестрица наморщила лоб. – Коршунов, Коршунов… Интересно… Ну-ка, поищи в интернете, кто такой.

Я для сестры – курсы повышения квалификации. Наташка боится до сентября растерять командно-управленческие навыки и тренирует их на мне.

– Я спать хочу, – заныла я.

Как раз вовремя – в гостиную заглянула бабушка.

– Отстань от Нюси! – вступилась за меня она.

Под прикрытием прародительницы я покинула сестрицу и закрылась в своей комнате.

Но Наташке удалось разворошить мое любопытство, и я включила ноутбук и отправилась в путешествие по мировой паутине.

В открытом доступе я нашла списочный состав нашей городской прокуратуры, в котором значился некто Коршунов Артур Борисович, судя по фото – суровый мужчина, гроза преступного элемента.

Удовлетворившись этим, я отключила ноутбук и легла спать.

По улице проносились редкие машины, оживляя тени на стене, в общем и целом – ночь была мирной. Если бы не фенечка на Наташкином столе, я бы благополучно забыла о существовании следователя. Но фенечка существовала, и следователь был реальным персонажем…

Некстати в моей несчастной голове раздался Наташкин голос: «Ты не можешь делать вид, что ничего не было. Ты – патриотка своего города, законопослушная гражданка, будущий юрист…»

Когда мне было 14, я мечтала, что получу паспорт, и Наташильда, наконец, разглядит во мне человека.

Потом я ждала, когда мне исполнится 18, на меня распространится избирательное право, и Наташильда обратит на этот факт внимание… С тем же успехом я могла ждать, что меня изберут председателем правления партии «Настоящих финнов».

Годы шли, а надежды получить статус гражданина в глазах сестры не оправдывались. Сохранялась, правда, иллюзия, что когда мне исполнится 21, в силу вступят европейские нормы права, Наташка признает во мне самостоятельную, самодостаточную, полноценную личность и перестанет мной руководить.

Поворочавшись в постели, я, наконец, заснула тревожным сном.