Медовый заговор

Увидев цифру, Соломончик снял очки и беспомощно оглянулся на Брусенскую. С этой стороны помощи ждать не приходилось: Александра смотрела на Петровского с обожанием, смысл происходящего ускользал от нее.

– Сегодня утвердим смету, завтра завезем материалы и послезавтра приступим к ремонту. Чем скорее начнем, тем скорее откроем филиал.

– А что будет с коллективом во время ремонта? – Евдокия Степановна оторвала глаза от протокола – на собраниях учредителей она секретарствовала.

Мысленно Петровский обозвал пожилую женщину «старой каргой».

– Коллектив отправится в отпуск без содержания.

Ручка, зажатая в пальцах Евдокии Степановны, выскользнула.

– В отпуск? Надолго?

Атмосфера накалялась.

– Думаю, на полгода.

Александра вынырнула из грез. Взгляд ее прояснился. Интересно, а на нее это решение распространяется?

– А копию сметы можно получить? – услышала она свой голос.

– Пожалуйста. – Саркастически хмыкнув, Петровский протянул скрепленные листы.

– Оставьте свои улыбки для клиенток, Валерий Андреевич, – вспыхнула Брусенская.

Укол задел Петровского за живое, его красивое лицо приобрело надменное выражение.

Напрасно глумитесь над диетами, Александра Даниловна, напрасно. Кому-кому, а вам они показаны, – говорили губы Петровского, самоуверенная щетина на подбородке и даже носки светлых замшевых туфель.

– Почему же все равно? – возразил он.

Ругая себя за несдержанность, Брусенская уткнулась в смету, но ничего не увидела – перед глазами у нее все расплылось от отчаяния. Она что, с ума сошла?

– Разнорабочие вам все равно будут нужны, – едва слышно проговорила Старостина.

– Тридцать человек? Я вас умоляю! – взмолился Петровский.

– А дивиденды за этот год? – встрепенулся Соломончик.

В душе Валерия зарождалась глухая злоба.

– Вы шутите, Соломон Моисеевич? В данной ситуации выплата дивидендов – это верное банкротство, – сухо отрезал он.

– К чему такая спешка? – не поднимая головы, спросила Брусенская. – Почему до конца сезона не подождать?

– Лишние расходы. Вам-то, ясное дело, все равно, это же не ваши деньги, – вернул ей упрек Петровский.

Пропади все пропадом! Хотят скандала – будет им скандал.

Скандала не случилось. Партнеры-учредители понимали всю бесперспективность конфликта.