Революция

Ужасный техно – Змей Горыныч. Он и совести, и чувства меры людей лишил. И ни остановить его невозможно, ни придержать. Ибо сказано же: «Капитализм! Счастье! Зашибись!»

Мертвецы

Страшная сказка

Они явились в полнолуние. Яркий, холодный и серебристый блеск ночного светила словно выстелил им дорогу: «Придите!» И они пришли.

В половине первого, как сейчас помню, вернулся сын-подросток. У нас в городке детям, конечно, не рекомендуется гулять по ночам. Но – лето, каникулы и взрослые так устают за рабочий день…

– Мам! Пап! – закричал он, что было довольно необычно (явиться ночью, да еще и орать).

Подымаясь с постели, я, честно говоря, только и хотел, что уши парню накрутить. Но, когда выглянул в окно, о намерении своем позабыл.

По улице, слегка пошатываясь от ветхости, ярко освещенные волшебными лучами, брели странные тени. Их было немного. Шли они редким гуськом, но уверенно к центру городка. И что-то еле уловимое отличало их от тех, кого мы привыкли видеть при дневном свете.

– Покойники? – выдохнул я удивленно.

– Мам! – заверещал сын. И тут же притих, получив от меня затрещину.

– Цыц! Чего мать-то пугать?

Но жена уже стояла рядом, истово крестясь, отчего глаза у меня округлились еще больше: атеизм мы с ней впитали с молоком матери.

– Так, – поразмыслив секундочку, решил я. – Не паниковать. Это невероятное явление природы, объяснить которое сейчас своими силами мы не можем. Но наука сможет. Поэтому нечего ныть, выть и пугаться.

Мы прикрыли окно.

– Откуда ж они взялись, такие древние? – задумчиво пробормотал я.

– Да понятно же, – отозвался слегка обиженно сын, – со старого, заброшенного кладбища.

– С того, что за парком? – мне это показалось сомнительным. – Там уже лет сто никого не хоронят.

– Именно! Ты на них только глянь, – осмелел пацан. – Один в вицмундире каком-то, времен царя Гороха, другой – в цилиндре. Кто так ходит сейчас? И на карнавале не встретишь.

– Точно, – присоединилась жена. – Женщина в шляпке старинной была. Я такую в кино про гусаров видела. – И рука ее вновь потянулась ко лбу для крестного знамения.

– Спокойно, – ласково остановил я ее.

И в эту секунду загудели телефоны. Сначала мой, затем жены и следом – сына. Звонки шли сплошным потоком, и мы едва успевали отвечать.

«Ты это видел?! – кричал в трубку мой сослуживец. – Это ж светопреставление!»

«Апокалипсис!»-рычал сосед.