Почем орден?

– О, Ален, ты где был? Я тебя искал, заходил к тебе домой, сказали, ушел…

– Я провожал Диану, она переезжает с родителями в центр, – жалобным тоном, начал я рассказывать. В тот момент мне хотелось сочувствия, а кто как не друг лучший кандидат на жилетку?..

Но эти штуки были не для Макса. В этом плане он был бессердечен, пропустил мои слова мимо ушей и с горящими глазами начал рассказывать свою очередную затею с барахолкой.

Мне было совсем не интересно, я вдруг почувствовал себя непонятым и всеми покинутым. Макс всё говорил и говорил, а я делал вид, что слушаю.

Так мы просидели на лавочке где-то с час, пока я не опомнился и не побежал в соседний двор.

– Я же не записал её новый адрес и телефон, – пульсировало у меня в висках. – Какой же я глупый!

Машины с надписью «Продукты» у подъезда уже не было, Дианы во дворе тоже. Я как сумасшедший забежал в подъезд и, мигом влетев на третий этаж, начал колотить дверь её квартиры, но мне никто не открыл.

«Ничего, увижу её в музыкальной школе», – подумал я и успокоился.

С тех пор Диана так и не появилась ни в своем своём старом дворе, ни в музыкальной школе, хотя я её очень ждал.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ГЛАВА 1

Темно. Что-то тяжёлое на моей груди, отчего мне тяжело дышать. Я открываю глаза и вижу в лунном свете что-то мохнатое, оно ползёт по мне. Непропорционально большое тело, маленькая голова и нос, который, обнюхивая мою грудь, движется к моему лицу – это крыса. Ещё не до конца проснувшись, я на инстинкте бью её кулаком, удар получается резкий и чёткий, спасибо занятиям по боксу.

Крыса, даже не успев среагировать, со всего размаху летит в стену и падает куда-то за ящики. Я поднимаюсь и сажусь на лавку, на которой только что спал. Из-за ящиков слышатся частые короткие скрипучие звуки от суетливых лап. Наверное, забирается в свою нору, которых полно на территории склада.

«Как вы мне надоели! – думаю я и заваливаюсь спать дальше. Надо выспаться, с утра нельзя проспать учёбу. Первая пара очень важная, я готовился к ней несколько дней, у меня доклад.

Я учусь на первом курсе государственного университета, куда меня взяли только благодаря отцу, ведь я провалил вступительные экзамены по математике и уже морально готовился идти в армию. Но отец надел свой старый потёртый костюм, который чудом уцелел в те трудные времена, когда в доме были проданы почти все вещи, и пошёл решать мой вопрос. Вид, у него, конечно, был непрезентабельный, он и сам это видел в отражении зеркала и даже робел.