Неделя до конца моей депрессивной мимолетности

– «Перестань меня называть так. Ты сам открестился от этой дружбы. Прошу, давай не об этом..» – главный герой больно закрыл глаза, печально массируя брови.

Чарльз тихо сглотнул, мысли обрывками в виде оголенных букв пытались вылезти в нормальные слова.

– «Что ты хочешь? – психотерапевт достаточно заинтересованно спросил. —

Что ты хочешь от этой жизни, Джеймс?»

– «Я хочу.. удивляться этому миру» – задумчиво и устало ответил клиент врача.

– «Разве ли? Миру? Или себе?»

– «Миру».

– «В прошлом ты был не настолько уверенным в себе.

Метался, сомневался, угнетал себя. Думаешь, произошел прогресс благодаря нашим дельным беседам?»

– «Меня не интересует прошлое. Сейчас это препятствует моему спокойствию.. хотя бы какому-то».

– «Прошлое.. Уважай прошлое, Джеймс! Давным-давно человек ударял руку об дерево, и ему было больно. Сегодня человек ударяет руку об дерево, и ему больно. Изменилось ли что-нибудь?» – Чарльз внезапно наполнился взбудораженными эмоциями, горячими идеями.

– «А если надеть железные перчатки?.

Больно, скорее всего, не будет. И уже можно заявлять, что что-то изменилось» – умело и остро предположил главный герой.

Чарльз едва заметно встрепенулся, выражение лица его приняло более гневный и деспотичный вид.

– «Изменишься ты, надевая железную перчатку на кулак. Ты изменишь дерево, разрушив его. Ты изменишь руку, поддавшись железу. И в результате не будет ни дерева, ни твоей руки. Будет железо. То, что останется с тобой после гроба. Точнее, не с тобой, а с самим гробом.

.» – убедительно и впечатлительно ответил Чарльз.

– «Да-да. Как грифель в чай..» – отстраненно и без интереса что-то почти про себя произнес Джеймс.

– «Прости, что.?» – психотерапевт растерянно опешил.

– «Друг советовал что-то из нетрадиционных путей лечения души. Одним из них являлся так называемый грифель в чай. Раз в день просто кладешь в напиток, размешиваешь, чтобы вещество соединилось с ароматными травами, пьешь. Предполагалось, что так появился возможность схватить состояние прошлого себя до начала этой невообразимой сумасшедшей точки отсчета многих тягостных несчастий.

Мало чем помогло. Гадость, к тому же, та еще!»

– «Что с тобой такое происходит?» – отчаянно и чрезмерно беспокойно спросил Чарльз, волнительно вглядываясь в хвойных цветов глаза собеседника. Холодные серые глаза доктора показались Джеймсу слишком пронзительными, в каком-то понимании буквально. Он раздраженно посмотрел в пол.

– «Иногда бывает так, что ты внизу..