Кройщик V. Часть Ⅱ

Иногда она открывала сундук вместе со мной, перебирала вещи, я внимательно смотрел, что находилось внутри.

На мой детский взгляд, там ничего не виделось ценного:

Какая-то материя, рулоны ткани, какие-то разноцветные платки, зеленое платье с кружевами, белая скатерть, что-то ещё из вещей, вроде тюлей или занавесок.

А бабушка говорила что это её «приданое».

Приданое, – не понимал что это, как такое уразуметь.

Она не могла объяснить, лишь сказала:

– Вырастешь, тогда поймёшь.

Бабушка много познала вещей о жизни, даже которые мне не снились.

В углу, где стоит новый холодильник «Юрюзань», немного спрятанная за растениями в горшочках, которые находятся на верху того холодильника, на стене висит, большая старинная икона.

С ликом богоугодного старца, по краям пожелтевшая позолота, конечно из латуни, да и сама икона не настоящая, а отштампованная на заводе.

Это когда Сталин разрешил народу веровать, а бабушке икона как большая память: она ее купила в Москве, привезла сюда, чтобы строить с дедушкой новый соцгородок, на месте, которого находились лишь деревеньки, дощатые бараки для пленных немцев, и отрытые землянки.

Я не знаю, бабушка была верующей, или нет: она носила нательный дюралевый крестик, но в церковь не ходила, посты не держала, свечку перед иконой не ставила, пасху, в советское время, не отмечала.

Хотя знала назубок две-три молитвы, умела креститься.

Правда, она это делала не специально, а когда нагрешит, скажет бранное слово, выматериться, выдаст мне подзатыльник, или ещё что-нибудь, вроде того, когда придет ночное время, отходить ко сну.

Быстро покреститься, также быстро проговорит, или прошепчет:

– Прости Господи за грехи наши…

Наверно бабушка была обычным человеком, к тому же малограмотная, всю жизнь работала без устали с утра до ночи, никто ей не помогал.

Она не шибко верила в бога, в его существование, но также как простая старушка имела в доме икону и крестик, поэтому по деревенской психологии, ничтоже сумняше, мнила: «А пущай будет, на всякий случай, ведь кто его знает.

Обстановку в бабушкиной комнате составляло несколько вещей: трюмо с большим зеркалом, оно стояло посредине стены, а наверху висел фотопортрет молодой бабушки, когда ей стало тридцать лет, а после смерти мужа, она больше не вышла замуж. Напротив, на стене висит большой ковёр, из красных узоров.