Заказ на (не)любовь

Но раздающийся громкий детский плач заставляет похолодеть.

– Девушка, вы слышите? Лосось-гриль, пожалуйста, с овощами и…

Не слышу. Ничего уже не слышу и даже не понимаю, что клиенты за столиком обращаются ко мне. Роняю на пол блокнот с записями и со всех ног несусь туда, откуда доносится голос дочки.

Обнаруживаю ее возле детской комнаты, перепуганную до смерти и так отчаянно рыдающую, что сердце едва не вырывается из груди от жалости к ней страха. Что случилось? Кто-то обидел? Напугал? Почему она вообще здесь?

При виде меня девочка взвизгивает и кидается в мои объятья.

– Мамочка, я только на одну минуточку вышла-а-а-а, – рыдает она, повисая на мне, как маленькая обезьянка, обвивая сразу и руками, и ногами.

– Ш-ш-ш-ш, малышка, все хорошо. Я здесь, я с тобой, – целую зареванное личико, прижимая дочь к себе. – Ну, не плачь, успокойся.

– Погодина, ты мне ничего объяснить не хочешь? – только сейчас замечаю стоящего рядом администратора Викторию.

Ничего не отвечаю, продолжая обнимать дочку и шептать ей на ушко, что в порядке.

– Я правильно понимаю, Погодина, это твой ребенок? Ты притащила на работу ребенка, еще и позволила ему разгуливать по ресторану в самый разгар вечера?

После этих слов Соня еще сильней заходится в рыданиях, обнимая с такой силой, будто боится, что кто-то заберет ее от меня.

Все в зале смотрят на нас. Другие дети разбежались из детской комнаты и теперь тоже с испугом выглядывают из-за столиков. А обращенный ко мне ледяной взгляд не предвещает ничего хорошего.

– Мамочка, прости! – всхлипывает малышка, а у меня от ее слез разрывается сердце.

– Тише, моя хорошая, ты ни в чем не виновата. Сейчас успокоишься – и мы поедем домой.

О том, что возвращаться на работу после случившегося, скорее всего, не придется, я стараюсь не думать.

– Ну, знаешь! – кипятится администратор. – Это уже ни в какие рамки не лезет! Я подозревала, конечно, что у тебя с головой не все в порядке, но чтобы настолько!

В другое время я нашлась бы, что ответить. И на место ее смогла бы поставить. Но не теперь, не посреди переполненного людьми зала и не когда моя крошка уже начала икать от слез.