В самое сердце, или Любовь без правил

– Вы, наверно, Илюшкина гувернантка? – Егор Арбенин чуть склоняет голову, рассматривая меня. – Наконец-то братишке повезло, и отец нанял не вредную фрекен Бок, а прелестную фею.

От его комплимента у меня начинают пылать щеки, как у девчонки на первом свидании. Это приятно и жутко неправильно. Как там говорил его отец? Любитель девушек? Не мудрено, с такой-то внешностью ему и усилий особых прилагать не надо, достаточно посмотреть своим проникновенным взглядом и улыбнуться, чтобы любая превратилась в лужицу у его ног.

Он склоняется, поднимая брошенную на пол рубашку, и я только сейчас замечаю, что та заляпана кровью. Выходит, не обошлось только разбитыми губами, есть еще какие-то повреждения. И,  опять помимо собственной воли, начинаю его осматривать.

– Выглядит страшнее, чем есть на самом деле,  – в глазах цвета расплавленного темного шоколада растекается тепло. Этого не должно быть. Я не хочу, чтобы он так на меня смотрел. Не хочу его благодарности,  пусть даже во взгляде. Не хочу реагировать дрожью в коленках и неудержимым томлением внутри.

– Для вас это привычно, да? Такие приключения?

Возвращаюсь в комнату, вытаскивая из сумки флакон с перекисью и ватные тампоны. Сама себя убеждаю, что просто хочу помочь. Обычная реакция нормального человека на чужую боль, а совсем не попытка воспользоваться ситуацией и дотронуться до него. Но когда дотягиваюсь до лица и прижимаю вату к окровавленному подбородку,  парень накрывает мои пальцы широкой, теплой ладонью. Моя рука тонет в его,  и дыхание опять сбивается, я тону в омуте его глаз и в собственных ощущениях.

Слишком сладких. Недопустимо притягательных. А когда он чуть разворачивает мое запястье и прижимается к нему губами, реагирую быстрее, чем успеваю обдумать то, что делаю: вскидываю другую руку и с размаху залепляю ему пощечину.

– Да как вы смеете?!

Следующая мысль, что бьет, как обухом по голове: а сама-то что творю? Да, меня нанял его отец, но вряд ли Арбенину-старшему придется по душе, что я распускаю руки.

А еще вижу, как сильнее начинают кровоточить губы парня: моя ладонь зацепила не только щеку, но и прошлась по краю рта.

И я понимаю,  что впервые в жизни сознательно причинила кому-то боль. Он выше меня больше, чем на голову, в два раза шире в плечах и буквально излучает мужскую силу. Захочет свернуть шею – я даже пискнуть не успею.

Но Егор Арбенин совсем не похож на человека, который собирается набрасываться на меня. В его глазах – изумление. И еще вина.