(Не)сводная, или Маша для Медведя

Где мой телефон? Надо позвонить в офис и предупредить, что скоро приеду. И выяснить заодно, как там дела.

Тянусь к тумбочке за аппаратом, выныривая из-под укрывавшего меня одеяла, и тут же застываю, оторопело рассматривая собственное тело. Какого лешего я спал полностью голым? И с кем?

Забыв телефон, поворачиваясь обратно, впиваясь взглядом в опустевшую  постель. И в памяти одна за другой начинают оживать картинки прошедшей ночи.

Остатки хмельного дурмана развеиваются,  когда до меня доходит, что именно случилось.

Сгребаю руками и без того смятую простынь и рычу, когда ощущаю на ткани слабый запах ЕЕ парфюма. Как же меня угораздило-то, а? Ведь и выпил не так много, да и никогда после алкоголя не терял голову настолько, чтобы перестать соображать. Хотя с сестрицей своей я и без выпивки разума лишился.

Придурок! Медведев, что ты натворил?! Клялся же, что будешь вести себя правильно!

Срывающийся с губ звук теперь напоминает уже не рычание. Наверно, именно так чувствует себя загнанный в силки дикий зверь.

Скулит, как щенок, метаясь по клетке и не находя выхода.

Мало ли баб на свете? Так нет же, меня именно на ней заклинило! С самой первой встречи. Как глянула на меня своими огромными глазами – словно под кожу пробралась. Пробудила во мне все самые низменные, затаенные инстинкты.

Ведь не мальчишка уже давно, у которого гормоны шкалят, взрослый мужик. До кризиса среднего возраста вроде бы далеко еще. И в руках себя держать умею. Умел… До нее.

Девчонка стала моим наваждением.

Превратилась в навязчивую идею. Я не только избавиться от мыслей о ней не мог, даже с Иркой в постели представлял, что рядом со мной она… Маша. Моя сводная сестра…

Но как же вышло, что вчера я совсем с катушек слетел? Да и не звал же ее на эту дурацкую вечеринку! Не должна была она там появиться. Как и зачем пришла – не помню. И говорили ли с ней о чем-то. Ничего не помню. Только податливое тело в своих руках. Облако волос, окутавших плечи, когда она оказалась сверху, оседлав мои бедра.

Грудь идеальной формы, подрагивающую при каждом новом толчке. Завораживающее зрелище, пьянящее сильнее любого напитка.

Хуже всего было то, что я не насытился ни хрена. Как гребаный наркоман, получил заветную дозу, да только не полегчало – еще хуже стало. Теперь я ещё больше её хочу. До физической боли. Мечтаю повторить все то, что допустил в пьяном угаре. Но так, чтоб с ясной головой теперь. Чтобы смаковать каждое мгновенье с ней.