Спи

Нельзя было сказать, что именно сегодня проявила себя одна из перечисленных проблем, но отойти ко сну все так же не представлялось возможным.

Андрей мог бы выйти из квартиры, постучать в дверь соседней, но это сделать ему не позволял страх, непонятно чем вызванный, но уверенно державший парня в объятиях одеяла и подушки. Возможно, это шло еще из далекого детства, когда Андрей первый раз постеснялся самолично, без взрослых, подойти к мороженщику за своей порцией шоколадного. Ему было лет пять, или меньше, но это было не важно.

Один только вид огромного белого фургона с откидывающейся боковой дверцей внушал ощущение непредсказуемой опасности. Все друзья Андрея, с довольным видом облизывающие свои холодные шарики на вафельных рожках, время от времени недоумевающе интересовались финансовым положением друга, предлагая сложиться всем сразу, чтобы можно было угостить его, но в ответ получали только отказ. Парень еще пару минут заколдовывал автомобиль, с находящейся в нем симпатичного вида девушкой в желтом переднике, а после просто уходил, до боли сжимая в кулаке горстку монет.

Ворочаться в кровати было невыносимо больно для сознания, которое уже хотело уйти на ночную перезагрузку, но будто весь мир был против этого. Стены давили на голову, сжимаясь все сильнее и сильнее, сердце ухало в левой части груди и эхом отдавалось в висках. Но после окончания очередной песни произошло то, чего никак нельзя было ожидать ни в каких условиях.

Пространство словно моргнуло, можно было подумать, что это была вспышка молнии, но ни дождя, ни тем более грозы на улице не было и не предвещалось.

Воздух немного дрожал, как над нагретым капотом автомобиля, хоть температура в комнате осталась прежней.

– Не можешь уснуть? – тихий женский голос послышался будто из потолка и растекался по стенам вниз и вверх.

– Этого мне не хватало, – в подушку сказал Андрей, – сойти с ума в собственной квартире.

– Ты и не сошел с ума, – ответил голос, казавшийся невероятно знакомым.

– Я разговариваю с собственным потолком, – вздохнул парень и поднялся на руках, – это ли не явный признак.

– Перестань, – вздохнул голос, – что такого, что ты разговариваешь с частью своей собственной квартиры? Я бы тоже говорила со стеной или стулом, если бы имела такую возможность. Тебе даже представить сложно, как сложно быть статичным предметом в огромной системе арматуры и бетона. Никому не пожелаешь хоть сутки прожить такой жизнью.