Взгляд сквозь годы. Философская лирика

Язык богов там в ритуалах вечен

И отдалённость от мирского высока,

Но я был в том саду небес замечен

Смиренным глазом их проводника.

Явился он мне в облике святого —

Благочестивым и иссохшим стариком,

Но с божьей искрой тела воскового,

С Животворящим, истинным Крестом.

Он вёл меня цветущей рощей,

Через холмы, поляны в чудный храм,

В изношенных сандалиях на ощупь,

Чтоб поклониться трижды образам.

Потом учил великому искусству

С сакральным назначением внутри,

Высокому и радостному чувству

Познать бескрайние в галактике миры.

Оно отмечено особенным влиянием —

Потусторонним циклом дней, недель:

И в празднестве, и в скорбном состоянии

Всегда хранить земную колыбель.

В священных текстах сокровенных знаний

С потусторонним откровением божеств

Я открывал страницы назиданий

Для вечной жизни человеческих существ.

Пил эликсир бессмертия во благо,

Нечеловеческую силу испытав,

Сразил мечом хранительницу мрака,

Молитву на победу зачитав.

Закончив путь, мудрец присел на древо,

Сказав простые для меня слова:

Иди по жизни с Господом и смело,

Сакральное живёт с тобой всегда.

Оно в твоей семье, в любви и детях,

И в памяти о тех, кто уж ушёл,

Ты человек, всегда за них в ответе,

Вот потому со мной сей путь прошёл.

Кукушка

Трепещут крыльями в груди

Стрекозы-речники,

Куда бежать, куда идти,

Дни жизни коротки.

Но вот я слышу вдалеке,

Где роща словно храм,

Кукушка, спрятавшись в листве,

Кукует по годам.

«Ку-ку» – годок, «ку-ку» – другой,

Их много, не считать,

И я спешу, друзья мои,

Об этом написать.

С рассвета летнего звучит

Кукушкино: «Ку-ку!»,

Она гадаем всем про всё,

Усевшись на суку.

Её стеклянный голосок,

Скорее громкий клич,

В вопросе даст такой ответ,

Что хватит паралич.

Он радость, тайну и печаль

В себе несёт зараз,

Что и не знаешь, как тут быть,

Задумав сей рассказ.

Я верю в порчу, в чёрный сглаз,

Но верю и в неё,

Хотя бросает так легко

Другим своё гнездо.

Но это так заведено,

Не мне менять уклад,

Порой кукушкино яйцо

Несёт в себе нам клад.

В нём детства чудные года

С конфетами во рту

И фотография отца,

Где с ним в кино бегу.

Потом из школы, кто куда,

В потоке шумных дней,

Но помнить будем мы всегда

Заботу матерей.