Двадцать ноль ноль

Тишина становилась какой-то странной, но её совсем не хотелось нарушать. И пока Вика раздумывала, не пора ли закрыть глаза и вообще, стоит ли их закрывать, и получится ли выжить после такого умопомрачения, если он прямо сейчас её поцелует, и какой вкус у его губ, как дверь крыльца резко открылась и на пороге нарисовалась Яна. У неё имелась суперспособность постоянно являться невовремя.

Три привета прозвучали одновременно. Причём два из них с явной ноткой досады.

– Ну, мне уже пора… – Алексей поднялся с дивана.

– Да, у меня тоже дела… – Вика словно проглотила ком.

– Ой, простите… – осознание вмешательства в самый волнующий момент накрыло Яну, но ненадолго. – Вика! Что с коленками?!

Янка так вытаращила глаза, что Лёшка остановился, разглядывая предмет обсуждения, и даже сама Вика наклонилась, словно ожидая увидеть нечто необыкновенное на своих собственных ногах.

– Упала вчера… Но меня спас один супергерой, – Вика хитро улыбнулась.

Чего уж тут, вся романтика давно испарилась.

Лёшка тихо хмыкнул, спускаясь по ступенькам крыльца, протиснулся мимо пристально разглядывающей его Яны и помахал рукой на прощание.

– Упала?! Как так можно? Подожди, у меня есть замечательное средство. Сиди и никуда не уходи! – и Янка унеслась домой.

В следующие пять минут Вика послушно сидела и ждала. Это единственное, на что она в принципе была сейчас способна. А в голове так и звучали его слова: я не хочу с тобой расставаться.

Вскоре прибежала Яна, принесла бинты и пластырь. И начала колдовать, приговаривая, какое же замечательное средство этот оковник. Через пару дней и следов не останется.

А Вика только мечтательно улыбалась, ведь через пару дней вернётся Лёшка. Он ещё даже не уехал, а она уже скучала, и пальцы сами собой нежно поглаживали пластмассовый прямоугольник починённого им радио.

Путешествие.

Валерка и Стасик снова что-то задумали.

Но у пацанов кипела деятельность. Они сидели на лавочке за двором, с рюкзаками и по очереди укладывали внутрь какие-то свёртки и пакеты.