Лента Мёбиуса. Социальная драма

И этот вечер сухой и южный, спокойный и легкий, Цадик стал, как маятник притягивать внимание девушек и женщин, он уже успел заморочить молодую продавщицу небрежно и деловито с детским шармом, и ему было наплевать, что ее он, наверное, втрое старше. Цадик перестал считать возраста? Абсолютно, он считал только свои убывающие копейки, на которые ему, по сути, также было наплевать.

Жизнь это совершенно иное, Цадик хотел облегчить голову максимально, так как перед отъездом воля его была на пределе, и сюда его буквально выбросило, выкинуло как одинокий потерянный корабль!

И вот сидя с Лорой на кухне, говорить по существу было им не о чем, какие-то темы были перебраны раньше, и оставалось только грустить душой и ждать знаков! И в это самое время вдруг из тьмы вынырнула Марионель, в каком-то леопардовом одеянии, эта африканка нежданная грациозная и колоритная, и Цадик мгновенно отреагировал! Такой прилив эндорфинов давно не посещал его мозг:

– Привет, – Цадик с любопытством наблюдал за ней теперь.

А Марионель, будто выныривала из сумерек, сперва ее руки и голова с пучком мелких извилистых кос, забранным в хвост и потом ее улыбка и белые ровные зубы. Она что-то собиралась готовить.

– Привет, – отозвалась едва басовито она и смерила их с Лорой быстрым взглядом.

И опять исчезла во тьме! И вдруг появилась!

Лора слегка занервничала, и все же ей была любопытна реакция Цадика на африканку, он будто ожил теперь, и электричество разлилось по воздуху, казалось, проскользни искра, и от разряда тока загорятся их волосы.

Африканка уже эклектично успела занять место, это был аттрактор и маркер номер один, Цадик оказался в этом электричестве молниеносно, и все что он потом делал или думал, непрестанно было устремлено к ней!

– Тебя зовут Мари? – Цадик услышал это имя уже в коридоре, Ольга окликала ее, – а как полное твое имя?

– Марионель Зузе Медишь Перейра, – она почувствовала его интерес сразу же.

– Черт, я не выговорю это, ты здесь? – Цадик улыбался, не понимал, о чем можно ещё было спросить ее, он хотел что-то говорить, – что ты делаешь в России?

– Я здесь на работа, – она говорила на русском с погрешностями.

– Откуда ты приехала?

– Из Ульяновска.

– Ты там работаешь?

– Нет, учусь на третьем курсе!

Цадик еле сдерживать мог восторг, столько внимания, столько везения.

– Так тебе двадцать лет?

– Нет, – улыбнулась Мари, – тридцать четыре.