Дневник моей мамы

А Лёва был живой, тёплый, обтыканный иглами и трубками, мама пела ему песенки, и он их, кажется, слышал. Мама читала ему сказки каждый день, и он успокаивался. Но грозному врачу это было не интересно, он продолжал пинать маму, давать ей унизительные советы-оплеухи:

– Можете написать отказ, вас никто за это не осудит, не переживайте.

Мама принимала всё, но её мучили вопросы.

– Я поняла, но анализы! Были хорошие анализы! А почему вы так долго не приходили, зачем мне поставили столько уколов, почему я осталась совсем одна, когда начались роды, мне пришлось выйти в коридор и кричать.

Врач повернулся к окну и посмотрел в даль, не теряя ни на секунду своего адского спокойствия:

– Вы что хотите сказать? Мед. персонал виноват? Меня хотите в своих бедах обвинить? А вот этого не надо, вам рассказать сколько причин рождения детей с неизлечимыми болезнями, с врождёнными дефектами? Сложно что-то доказать, мамуля.

Мама тогда заплакала беззвучно, по-детски капая на руки крупными слезами:

– И что? Совсем нельзя ничего сделать? Улучшить его состояние? Есть же, наверное, какие-то занятия, процедуры?

Отойдя от окна и неспешно усаживаясь в кресло, врач монотонно продолжил:

– Мы ж с вами не первый раз разговариваем… ну я могу ещё раз, конечно…

– Нет, не надо, я помню. – сказала мама, вытирая краем халата глаза.

Крупная волосатая рука доктора небрежно сгребла все страшные бумажки и сунула весь этот букет маме в лицо:

– Держите, список рекомендаций и рецепты.

Мама не успела подхватить и все бумаги полетели на пол в разные стороны. Падая на колени, чтоб собрать всю эту боль на листочках мама тихонько шевелила губами:

– Гипоксия, ишемия, гидроцефалия, ретинопатия, детский церебральный паралич.

Гигантская фигура врача снова возвысилась над ней:

– Да не спешите, не спешите, мамуля, я ведь вам не враг, это сейчас я для вас плохой и злой доктор, а как помыкаетесь с таким ребёнком несколько лет, потаскаете его на руках, повыбиваете помощь, вспомните меня и мои слова.

Лёва знал эту историю, может быть, слышал случайно, может быть, мама ему поделилась. Он крутил её в голове и всегда в этот самый момент, когда мама собирала бумажки, бросался помогать, бросался закрывать собой маму.