Ласковое лето. Сборник рассказов

С вашего позволения я продолжу свой рассказ.

Сидим мы как-то вечером в комнате на первом этаже, расположились там, где было чуть прохладнее. За окном ночные птицы поют и цикады стрекочут, а мы с ребятами в комнате музыку негромко слушаем. Сидим, чай пьем и ничего такого не делаем, в чем можно молодежь упрекнуть. Соблюдаем социальную дистанцию, как сейчас говорят, время приятно проводим, шутки шутим и разговоры ведем. Вдруг в широко распахнутом окне со стороны сада появляется чье-то бледное обличье и загробным голосом произносит:

– Добрый вечер!

Мы все аж с мест своих повскакивали.

– И чем вы тут занимаетесь? – допрашивает нас «тень отца Гамлета».

– Да, вроде бы, ничем плохим не занимаемся, чай пьем и музыку слушаем, – сказал самый смелый из нас, а у остальных от увиденного в окне привидения дар речи пропал.

Теперь-то мы узнали Гаона и с облегчением выдохнули, зато он никак не унимался:

– А не пора ли вам по домам расходиться?

– Может быть и пора, – отвечает ему Костик.

 – Скоро уже разойдемся.

– По-о-нят-но, – разочарованно тянет дядька и спускается с деревянного ящика, на который он залез, чтоб заглянуть в окошко первого этажа.

– Ну я тогда пойду? – спрашивает, обернувшись.

– Идите, дядя Гаон, – осмелев, отвечаем ему хором. – Тете Циле привет передавайте. – И силуэт родственника мгновенно растворяется в темноте, как будто его за окном и не было. Наверное, побежал докладывать жене, что в округе всё спокойно и молодежь ведет себя чинно, пристойно, благоразумно и целомудренно.

Вот с тех самых пор мы и стали называть тихую семейную пару, живущую по-соседству, «тайной агентурой». Дядя Гаон, опять же с подачи Нинки-Кислинки, получил прозвище Цыпа, ходит, мол, тихо на цыпочках и за всеми подглядывает. Нинель нас заверила, что дядькино прозвище отлично сочетается с именем его жены Циля, в чем никто, конечно-же, и не сомневался.

Как же мы чудили по молодости, не передать словами, но я все-таки постараюсь. Убирались мы как-то вдвоем с Нинкой в верхних комнатах, разумеется, не по своей воле – так бы мы сейчас на пляже загорали.

Прибраться на этаже и поменять белье попросила моя сестра, потому что вот-вот должны были заехать отдыхающие, а ей не хватало времени, она нас наверх и отправила. Закончив уборку, мы вышли на балкон подышать свежим воздухом. Постояли, полюбовались видами и зачем-то полезли в незапертую кладовку, где и наткнулись на старые, пропахшие плесенью вещи.