Сказка о прекрасной Теодоре

Как многое, «грабительский» приют

Застигнут был врасплох землетрясеньем

И пострадал. Но что Парис забыт,

Являлось бы великим заблуждением.

Он главарю теперь уж не мешал,

Лишь разжигал желанье поглумиться.

Ударами, соперника в цепях

Заставили в бесчувствии склониться.

Осталось Теодору привезти

В их логово. А свадьба замышлялась

Не по канонам нравственной страны.

Невеста бы с пиратом не венчалась.

Коварный просто б девушку украл

И указал на место её в доме.

И, безусловно, никогда б не стал

Родных и близких меж собой знакомить.

Его решенье в выборе – закон.

И то, что дева сердце подарила

Другому, им как грех воспринялось,

Который она б вряд ли замолила.

Другой жены пират не представлял,

Но ввергнуть помышлял её в мученье,

Да так, чтобы девица навсегда

Влюблённость в парня придала забвенью.

При ней Париса станут унижать.

Он, как мужчина, будет уничтожен,

Ведь не сумеет противостоять.

План этих действий был лишь заморожен,

Ведь девушка, не зная ничего,

По-прежнему гуляла на свободе.

Её должны сегодня известить,

Что приключилось редкостное горе

В семье Париса. Юноша пропал.

Пират не знал, что и она исчезла

Из дома ночью, не сказав своим,

Что убежала от головореза

И скрылась за высокою стеной

Монастыря. Событье было тайной.

В тот день всё Теодора поняла.

«Песнь» милого прервалась неслучайно.

Будь волен – он играть бы продолжал…

Сейчас ей в помощь были только птицы.

Никто не смел несчастной подсказать,

Где мог сейчас желанный находиться.

Поэтому как только первый луч

Коснулся вод – три голубя взлетели

И быстро понеслись к вершине гор.

Там юношу они не усмотрели.

Паря весь день вернулись в дом ни с чем.

Путь был проделан птицами неблизкий.

Но в клювиках они не принесли

Ни веточки, ни маленькой записки.

Монахиней девица не была,

Но пред иконой дольше всех молилась,

О близких и о том, чтоб разузнать,

Где логово злодеев находилось?

И помощь неожиданно пришла.

С ней рядом утром змейка появилась,

Но не одна. Была с ней и змея,

Что возле ног красавицы «завилась»,

Внушая страх, что может укусить.

Места, где она чаще пребывала,

Старались стороною обходить.

Тут та, что перед девушкой предстала,

Вдруг стала подниматься, чуть шипя.