Пётр – внук Петра. Исторический роман

Сумбур их эмоций приостановил Иван Долгорукий, который явился в дверях и церемонно вопросил:

– Ваше величество, дозвольте войти?

– Входи, Иван, – между делом дал позволение Петр.

Иван, сохраняя полную серьезность, приблизился к великой княжне Наталье.

– Ваше высочество, государь император наш повелел мне от его имени поднести вам в подарок девять тысяч червонцев, – официально и торжественно без тени иронии или шутки произнес он, хлопнул в ладоши, и лакеи внесли явно увесистый узел. – Куда изволите приказать их положить?

За сестру ответил Петр:

– Пусть доставят к великой княжне в её покои.

Лакеи вышли, и только тут Наталья отмерла:

– Ах, Петруша, вот спасибо, так спасибо.

– Я рад, зело рад, Наташенька, что ты довольна. Как оденемся на маскарад? Давайте договоримся! – побыстрей перевел разговор Петр, ему не хотелось заставлять сестру изливаться в благодарностях, да и неловко было их выслушивать.

– Тебе, государь, мы предлагаем быть Аполлоном. Ивану – Марсом… – начала докладывать Елизавета.

– Наташеньке Минервой, – подхватил Петр. – Ты согласна, Наташенька?

– Если на то твоя воля, я перечить на стану, – отозвалась она.

– Быть тебе Минервой! Ты как есть Минерва, милая моя Минерва! А ты, Лиза?

– А я не скажу, кем я буду, – секрет.

– А княжнам Меншиковым, кем быть? – интересовался император.

– Ой, да ну их, пусть, кем хотят, – проговорила Елизавета.

– Любопытно, как оденется моя невеста? Напрасно, если богиней.

– Петруша, мы тебе тут все написали, посмотри на досуге, если одобришь, отдай в исполнение. Наташенька, нам пора бы домой отправляться, готовиться надо! – заторопилась тетушка.

– Да, Петруша, мы пойдем, пожалуй. До свидания. Какой ты у нас молодец! – целуя брата, сказала Наталья.

– Лиза, и тебя дай поцеловать. – переводя взгляд на то место, где стояла Елизавета, сказал Петр, но та была уже в дверях и бурно посылала ему воздушные поцелуи, а, когда он двинулся к ней, быстро скрылась.

ГЛАВА VIII

Меншикову давно было ни по себе. Он не мог доискаться причины, но его ничто не радовало, ничто не вдохновляло, делал только, что необходимо и—то заставлял себя из—под палки. Он снова и снова перебирал в голове события, людей, ситуации, разговоры в надежде найти, что же его расстраивает. Однако, все было не только, и не просто в порядке, а лучше не придумаешь.