Поиски проклятых

Он отвернулся к земле и тут же украсил ее остатками былого обеда. А Лира остановилась рядом и влепила ему такой мощный подзатыльник, что чудодейственные бабушкины травы и рядом не стояли. Эвис вытер рот обратной стороной ладони, взглянув на колдунью.

– Бежим! – трезво рассудил он и, схватив девушку за протянутую руку, кинулся в лес, подальше от зверя. Хоть волосы существа и растрепались от удара, а одежда потемнела, оно выжило, Эвис не сомневался.

***

Они бежали вглубь леса. Наемник мчался быстрее, не удосужившись даже меч вернуть в ножны.

Эвис остановился, когда лес стал чересчур густым и непролазным. Но даже тогда принялся рубить ветки и колючки, перегородившие путь, с такой яростью, что Лира усомнилась в его нормальности.

– Хватит! – Лира прильнула к дереву, пытаясь отдышаться. Они пробежали без малого три версты. – Что ты… Зачем? – она вытерла взмокший лоб. – Остановись сейчас же!

Слова подействовали. Эвис выронил меч. Упал на колени, обливаясь потом и тяжело дыша. Понадобилось время, чтобы он перестал оборачиваться на каждый шорох. И тогда он взглянул Лиру так, словно видел ее впервые. Лира смотрела в ответ, ожидая благодарности или хотя бы объяснения столь странному поведению. Он молчал.

– Может, поведаешь, что случилось? Бежал, как петух от топора!

– Я?! – Эвис поперхнулся негодованием.

– Ну а кто же еще? Можно подумать, это я только что неслась по лесу с воплями «караул»!

– Я не кричал «караул»! – Эвис опустил взгляд, скрипя зубами.

– И на том спасибо, – Лира недовольно сощурилась. – Ненадолго же тебя хватило, великий истребитель ведьм. Мне-то казалось, воины вроде тебя куда способнее.

Эвис поднялся, не глядя ей в глаза. Лира ждала нападения, ждала обиды. Но даже слезы удивили бы ее меньше, чем спокойный ответ.

– Я не могу объяснить, что чувствовал. Эта тварь… – Эвис начал отряхиваться, скорее для того, чтоб не стоять столбом или скрыть дрожь в коленях. – Она… Он… Не знаю, что он сделал, но в один момент я будто перестал быть собой. Мне раньше не приходилось встречаться с такими.

Лира потупила взгляд. Гнев, желание насмехаться и ранить ушли, испарились.

– Мне тоже, – призналась она. Наверное, за нее говорила усталость.