Увидеть свет. Роман

Он никогда не появлялся в моей жизни. Мы всегда жили только вдвоем, я и мама. Но около пяти лет назад она снова вышла замуж за парня, который невзлюбил меня с самого начала нашего знакомства. Он придирался ко мне с поводом и без повода, из за этого мы много ссорились. К тому же он большой любитель выпить и втянул в это мою мать. Несколько месяцев назад, мне исполнилось восемнадцать, мы крупно поругались, и он выгнал меня из дома.

Артемий глубоко вздохнул, как будто не хотел больше ничего ей рассказывать.

Но потом он снова заговорил:

– С тех пор я жил со своим другом и его бабушкой, пока его родители работали и обустраивались в другом городе. Через некоторое время родители моего друга забрали его и бабушку к себе в другой город, и они переехали. Разумеется, они не могли взять меня с собой. Они и без того много для меня сделали, разрешив пожить у них. Я это понимал и сказал им, что поговорил с мамой и могу вернуться домой. В тот день, когда они уехали, мне некуда было идти.

Поэтому я отправился к маме и сказал ей, что хотел бы вернуться домой и пожить там до окончания школы. Она она была пьяна и даже не впустила меня в дом. Сказала, что это расстроит моего отчима.

Артемий отвернулся и посмотрел на стену, чтобы Вика не увидела подступающих слёз.

– Поэтому я просто бродил по окрестностям, пока не нашёл этот чердак. Я подумал, что смогу пожить в нём, пока не подвернётся что-то ещё или пока я не окончу школу. В июне я иду в армию, поэтому я всего лишь стараюсь продержаться до этого времени.

Вика в этот момент подумала, что до июня ещё шесть месяцев.

У неё в глазах стояли слёзы, когда он закончил свой рассказ. Она спросила, почему он не попросил ни у кого помощи. Артемий сказал, что пытался, но совершеннолетнему сложнее получить от кого то помощь, а ему уже восемнадцать. Кто-то дал ему телефоны приютов, где ему могли бы помочь. Но они все располагались очень далеко и оттуда было бы проблематично добираться до школы.

И потом там надо было стоять в очереди, чтобы получить место. Артемий сказал, что однажды попробовал туда попасть, но на чердаке он чувствовал себя в большей безопасности, чем в приюте.

В таких ситуациях Вика ещё многого не понимала, поэтому спросила:

– А разве нет других вариантов? Разве ты не мог рассказать в школе о том, что с тобой случилось?

Он покачал головой и ответил, что слишком взрослый для детского дома и приёмной семьи.