Падение

– Потерпи, учебный год уже заканчивается.

– Да, вот только ещё экзамены пережить. 

– Ну и чему ты научился? Что полезного для себя извлёк?

– Да ни хера. Девять лет коту под хвост. В книгах одно, а в жизни другое.

-Ты учебник-то хоть раз открыл за это время?

– Терпеть их ненавижу.

– Ай-яй-яй, как так можно? – покачал головой Толик.

– Смотрите, Сладенький идёт, – сказала Катя.  – Вот кто с книгами в обнимку спит.

По асфальтовой дорожке к школе шёл, погрузившись в тревожные думы, Эдик Сахаров. В выражении его лица странным образом сочетались неестественная для его возраста серьёзность и простодушная наивность.

– Здорово, карапуз! – окликнул его Егоров. – Чего мимо идёшь, не здороваешься? Зазнался, что ли?

Эдик остановился, посмотрел на них и смущённо улыбнулся.

– Извините, что-то я задумался.

– О чем? Есть ли жизнь на Марсе? Или сколько ангелов поместится на кончике иглы?

Слегка покраснев, Эдик приблизился, протягивая руку. Рома грубовато-небрежно встряхнул её. Толик вместо целой ладони подал ему два пальца.

– Что-то ты поздновато, – укорил его Толик. – Больше так не делай. А то мамка заругает.

Катя усмехнулась.

Эдик мужественно проглотил обиду. Толя в своих шутках часто переходил границы, за что огребал даже от друзей. Правда, и сам над собой смеялся вместе со всеми, когда грубо шутили над ним. Например, по поводу смерти его отца, который был опером и погиб в перестрелке с местными наркоторговцами 12 лет назад.

– Да ладно, не кисни, я же просто пошутил! – Толик хлопнул Эдика по плечу.

– Знаешь, Ницше писал –  наблюдая за тем, как ветер прижимает к земле молодые деревья – что «сильнее всего нас гнут невидимые руки». Ты слышал об Иерихонских трубах?

– Что ещё за хрень? – нахмурился Рома.

Эдик открыл рот, чтобы ответить, но Толик опередил его:

-У моей мамы там воспаление было. Пришлось удалить.

– Нет, – покачал головой Эдик. – Ты путаешь.

– Короче, пох… Хорош нудить.

– С похмела мучается, – доложила Катя. – Вчера с Князем гуляла в «Метрополе».

– Надеюсь, хоть на вечеринку придёт, – вздохнула Настя.

– Может, музло врубим? – Толик начал прочёсывать трек-лист в Spotify. – Во, Моргенштерн!

Барабанные перепонки присутствующих атаковали первые строчки нетленки «Молодость».

– Выруби это дерьмо! – прикрикнул Рома.