Меденя

Красивое её личико исказилось от горя.

Она то и дело повторяла:

– Я теперь уродливая. Из-за родной бабушки.

Та стала ещё больше ненавидеть внучку и обижать, брезгуя ее уродством. И не только словами, но и побоями, да так бежалостно била, что тело у девочки было всегда в синяках.

Оля уже не росла, горб мешал.

Лошадь бежала рысцой и от неровной дороги трясло. Девочка очнулась и этот чужой чёрный дядька притормозил лошадь, помог ей сесть на подушку и спросил:

– Пить или кушать хочешь?

Она кивнула. Махмуд из сумки достал сыр с хлебом и дал девочке:

– Ешь, а запивать будешь кефиром: молоко по дороге уже скислось.

–Спасибо,– произнесла удивлённая Оля и стала медленно кусать и жевать такой вкусный сыр с хлебом, что её затрясло от наслаждения, и она заплакала.

– Но-но, не смей плакать, я ведь тебя не бью.

– Спасибо вам, добрый человек, я вам до смерти буду благодарна и буду вам служить.

Он засмеялся:

– Эх, дочка, служить она мне станет. Ты что, солдат что ли? Я тебя привезу в Крым к своей родне, будешь моей сестре Надие помогать по хозяйству.

Оля не знала сколько ей придётся трястись на телеге, но это лучше чем жить с бабушкой Дусей. Если дядя Махмуд спас её от бабушки, сняв с петли, то девочка была спокойна и доверяла спасителю.

На пути им показалась деревня и, когда торговец подъехал к одному большому дому, то остановился рядом.

–Заходи, Махмуд. Я рад тебя видеть,– оглядел прибывших и воскикул: – О, да ты не один, а с помощницей?!

– Да, я её везу к сестре. Она сирота.

–Ну что ж, это с твоей стороны очень мило. Бог за это тебе счастье даст.

–А он мне и так даёт. Слава Аллаху,– возвел благодарно руки.

Махмуд снял с телеги Олю и повёл её за руку. Она, потупив взгляд, шла за спасителем и не боялась никого и ничего, но пугливое сердце вдруг всё равно сильно застучало.

В доме хлопотала на кухне миловидная девушка, она оказалась женой хозяина. Глафира и Матвей тоже торговцы и дружат с Махмудом уже 10 лет. Всё это узнала Оля из разговора за обедом.

Глафира позвала за стол своих семилетних детей. Мальчишки весело вбежали на кухню и поздоровались, удивленно разглядывая Олю.

Девочка уже ждала, что они станут смеяться над её уродством, но братья протянули ей руки.