Апрельская мечта

Два рулона и правда оказалось внизу ступеней – это были планы котельных и всего корабля в целом в разрезе. Чертеж палубы G закатился под центральный пролет, а вот последнего почему-то нигде не было. Отправляясь в свою каюту с охапкой ценных бумаг, леди Ливингстон задумалась: кому могли понадобиться чертежи? Команде? Но офицеры буквально с ног валились от усталости – и мистер Лоу тому ярчайший пример. Стюардам? Но их почти не было на корабле, да и вообще в технической документации на «Титанике» понимало от силы человека три, и саму себя Айлин даже не включала в их число.

Просто какое-то странное уравнение с одними неизвестными.

Бережно сложив чертежи на стол и заперев на всякий случай дверь, девушка решила подумать обо всем завтра, а заодно и порадовалась поводу навестить каюту мистера Эндрюса.

***

Мягкие лучи солнца освещали «Титаник», когда пятый помощник наконец пришел в себя. Открыв глаза, он мгновенно все вспомнил и испытал немедленное желание встать и бежать прочь из больничного отсека, который узнал без труда.

Однако такая попытка закончилась диким приступом боли – мистер Лоу скосил глаза и увидел перебинтованную руку, к тому же, неприятно ноющую. Его тихое чертыхание, очевидно, разбудило дремавшего доктора, который, приветливо улыбаясь, подошел к офицеру, явно не столь довольному.

– Что-то болит? – участливо поинтересовался мистер О’Лафлин, встретившись с мрачным взглядом пациента.

– Я могу уйти? – вместо ответа Гарольд задал свой вопрос, но по реакции врача понял, каким будет ответ.

Мужчина усмехнулся, скрестив руки, и покачал головой:

– Капитан просил передать, что, если захотите от меня сбежать, будете в лодке догонять «Титаник», – улыбнулся доктор, с удовлетворением отметив, что мистер Лоу наконец оставил свои попытки встать. – Но, могу вас утешить: если будете выполнять мои указания, я вас отпущу уже сегодня.

– Днем? – с надеждой спросил молодой человек.

– Вечером, – последовал ответ, на что пятый помощник лишь с досадой вздохнул.

Он с детства не любил болеть и впустую растрачивать время, но сейчас с этим ничего нельзя было поделать.

В это время дверь лазарета отворилась; послышались шаги и шелест платья.

– Алекс?.. – вырвалось у Лоу, пока он оборачивался.

– Мне жаль вас разочаровать, мистер Лоу, – улыбнулась леди Ливингстон, садясь к нему на койку. – Но это всего лишь я.

– Миледи… – Лоу попытался не выдать своих эмоций, но получалось плохо.