Путь к святой Матроне

Евгений Петрович пальцем указал на Галину Константиновну. От резкого движения женщина опешила, сразу умолкла, взяла свою сумку, покорно открыла ее.

– Тебе не стыдно? Тоже мне, Шерлок Холмс, – только и сказала она.

Евгений Петрович бесцеремонно вытряхнул содержимое прямо на пол, бегло осмотрел женские принадлежности, усмехнулся и бросил сумку на диван.

Приблизился вплотную к Семену:

– Ваша очередь.

– Пожалуйста, проверяйте.

Семен указал жестом на лежащий неподалеку портфель. Евгений Петрович без всякого стыда взял его, открыл и судорожно начал копаться внутри.

– Вот это сюрприз!.. И кто тут сомневался в моих словах? Пригрели на груди змею. Я попрошу вас удалиться, иначе позвоню в полицию.

– Послушайте, это же просто смешно. Я не брал ваши бумаги, зачем они мне? – искренне удивился Семен.

– Вы знаете, какова их стоимость на ценном рынке? – деловито заявил Евгений Петрович.

– Да мне и знать ничего не надо, я в этом не разбираюсь. Скажу только одно: я – не вор.

– Вон из моего дома! – закричал Евгений Петрович.

– Как скажете, – спокойно произнес Семен, бросил взгляд на Надю. – Ты довольна? Прощай и не поминай лихом, дочь.

Семен взял портфель, простился с Галиной Константиновной и Николаем, пошел к выходу. Надя поймала себя на мысли, что никакой радости от позорного изгнания отца не испытывает, а в голове прозвучали свои же собственные слова, о которых она думала в старом флигеле ночью: «Нельзя стыдиться своих родителей.

Иногда слова способны перевернуть душу и изменить судьбу. Девушка как будто очнулась от наваждения ненависти и злобы.

– Евгений Петрович, Галина Константиновна, это ошибка. Я не верю, что мой отец взял ценные бумаги.

Евгений Петрович потряс увесистой стопкой прямо перед лицом девушки:

– Тем не менее он их украл. Все видели, я вытащил их из его портфеля.

– Но он не мог этого сделать. Я сердцем чувствую.

– Догадки из области мистики, – с усмешкой на лице ответил хозяин дома.

Повисла тяжелая пауза. Никто не осмелился больше заступиться за Семена. Семен решил не портить жизнь дочери, махнул ей на прощание рукой и сделал шаг по направлению к выходу.

Надя обратилась за помощью к Николаю:

– А ты что молчишь? Ты тоже подозреваешь моего отца?

– Дело не в этом, – уклончиво ответил тот.