Растяпа. Ни ума, ни совести, ни чести

Зато знаком со всеми секретарями, которые уже почувствовали на своей шкуре твердую руку моего контроля. В голове завертелись сотни звонков по телефону – а что вы сделали по вопросу…? И глазом моргнуть на местах не успели, как это стало моим основным занятием, на котором я сколотил определенный имидж.

Заниматься всем этим я стал не случайно. Цель была: контроль – как инструмент власти. И я ее достиг. Правда, власть эта была неформальной. Можно сказать, заработанный авторитет. Как теперь этот дивиденд превратить в реальное кресло заведующего отделом? И все по-деловому, все по-тихому – без лишних эмоций.

На этой мысли мой путь закончился – я приехал на молочный комплекс села Дуванкуль совхоза «Рождественский». Судорожно сглотнул, покачал головой, увидев три легковые машины – в одной даже водитель сидел.

«Красный уголок» молочного комплекса показался уютным местом, несмотря на специфический запах и стервозных гостей.

– Вот и райком подъехал – пора забивать «козла».

И что самое интересное, больше и делать-то здесь было ничего – ну, не ходить же за тетей Мотей по коровнику. Может, есть смысл развернуться и сразу обратно – все на месте проверяющие, все присутствуют согласно списку. Фамилии я запомнил, какого рожна еще здесь торчать?

Для этого надо просто выйти за дверь.

Впрочем, стоит послушать увельские сплетни – чем район дышит? Чем черт не шутит, может, мыслишку какую подкинут, как стать заведующим пропагандой.

– Как отдохнули, Анатолий Егорович?

– Что у вас нового, Александр Николаевич?

Главный агроном райсельхозуправления посмотрел на меня в упор.

– Стало быть, расклад такой, – сказал он, улыбаясь, – фермерство нам партия насаждает. Мол, землю берите и обрабатывайте, налоги платите – остальное ваше.

– Это как?

– А вот так – семейный подряд на селе.

– В чем отличие от колхоза?

Бочарова передернуло.

– Воровство это все.

– Но кто-то же должен выполнять Продовольственную программу партии, раз совхозы не в состоянии.

Вошла доярка – румяная, полная – как с картинки, в белом халате.

– Молочка не хотите, товарищи приезжие? Парного, процеженного. Ну, как хотите, только нам переодеться надо. Дойка закончилась.

Мы на выход. На дворе темная ночь.