Генрих

Его назначили вместо капитана Савкова, который погиб в начале февраля 1945 года в бою за селение Рейтвейц. К началу февраля 1945 года 2-й Белорусский фронт стремительно форсировал Одер и укрепился на западном берегу. Однако русский плацдарм был еще неглубоким, и противник постоянно вел прицельный огонь по Одеру. В Померании сконцентрировалась крупная группировка фашистских войск, равная нескольким дивизиям, которые представляли постоянную угрозу правому флангу 5-й ударной армии 1-го Белорусского фронта, укрепившегося чуть севернее селения Рейтвейц.

Именно здесь произошло крупное танковое сражение. Немецкие войска дрались яростно и свирепо, разжигая себя спиртными напитками. Это была настоящая мясорубка, люди были все на пределе, и казалось, этот ад не может выдержать никто. Но бой продолжался. Григорий видел, как загорелся танк Савкова. Объятый пламенем танк горел, и едкий дым быстро заполнял кабину. Экипаж Савкова попытался покинуть танк через нижний люк, но тот заклинило.

– Тридцать второй… тридцать второй… – услышал Григорий по рации взволнованный голос Савкова.

 – Гриша, прикрой огнем, заклинило люк.

– Саша, держись! Справа от тебя тигр. Прикрываю огнем. Саша, держись!

Наводчик Гаврилов развернул башню и, прицелившись, выстрелил. Снаряд упал рядом с немецким танком и раздался оглушительный взрыв. Облако дыма окутало немецкий танк. Воспользовавшись моментом, Савков быстро открыл люк башни и стал вылезать из танка. Он почти достиг земли, когда раздалась пулеметная очередь, которая как гвоздями пришила капитана к броне танка.

Тело Савкова медленно сползло на землю.

– Са-а-а-ша-а-а, – не помня себя, закричал Григорий. – Ну гад, ты теперь не уйдешь! Петров, разворачивай.

Танк Орлова резко развернулся и рванул вперед на немецкий танк, откуда несколько минут назад прозвучала пулеметная очередь. Гаврилов перезарядил орудие. Раздался выстрел. Снаряд попал точно в немецкий танк. Танк горел, но Григорию было этого мало. Он хотел стереть его с лица земли, чтобы не было даже упоминания об этом фашистском чудовище.

На полном ходу танк Орлова врезался в немецкий.

После боя за селение Рейтвейц от танковой дивизии полковника Малышева осталось только три батальона. Всех погибших под звуки оружейных залпов хоронили в одной братской могиле на живописном берегу реки Одер. Григорий стоял, прислонившись к березе, и по его щекам текли скупые мужские слезы. За годы войны Григорий похоронил много боевых товарищей, но самой тяжелой потерей была смерть Саши.